Ведёт себя достойно – уже хорошо. Наверное, женщины в его семье в детстве упали в чан с ядом, раз в одной семье могут быть такие кардинально разные люди.
- К сожалению, я не могу сказать. – качнула головой. – В конце концов, я на службе у императора, и вся информация о расследовании охраняется законом и является тайной.
- Я считал, что вы не обратите внимание на такую «мелочь», как конфиденциальность. – усмехнулся златовласый мужчина. – Однако, как я понял, в вашем нежелании рассказывать кроется недоверие ко мне. Я понимаю. Мы с вами плохо знакомы, и вы понятия не имеете, кто я такой и какими силами обладаю.
Приятно иметь дело с понимающим человеком.
- Вы можете сказать мне информацию просто так. – предложила я. – А я приму её к сведению.
Маркиз задумался. Вот только о чём? Об отсутствии «оплаты» за его сведения или о недостаточном уровне доверия между союзниками?
- Граф Хория из большой семьи и один из его далёких родственников владеет магазином оружия. Есть доказательства, указывающие на то, что граф продаёт оружие своих солдат в этом магазине.
Теперь я удивлённо вскинула брови. Он решился? Сказал просто так? До сих пор не понимаю: маркиз Гальвани глупец или же чертовски умный человек.
- Я выявила подделку подписей. – в ответ сказала я. – Наверняка, граф списывает оружие и вместо его утилизации продаёт.
Ламэль кивнул, и повисла тишина. Я задумалась о том, что мои догадки были верными. Всё – таки голов полетит куда больше, чем я думала.
- У меня имеется несколько подобного уровня доказательств с именами различного уровня важности. – негромко выдал он, и его фиолетовые глаза чуть искоса уставились на меня. – Я могу присылать вам документацию лично, как только смогу собрать достаточное количество доказательств.
Вспомнилась его служанка. Это не просто дом маркизов – это целая крепость. Ламэль преуменьшает свою информированность. Но почему? Чего – то ждёт? Или не желает выкладывать все карты сразу на стол? Я бы тоже придержала несколько козырей в рукаве.
- Я буду вам благодарна, маркиз Гальвани. – кивнула и поднялась. – И у меня будет к вам одна просьба. Она слишком огромна, поэтому я пойму, если вы откажетесь.
- Я вас слушаю. – мужчина почти синхронно со мной поднялся.
- Когда у меня появится достаточно оснований – я уволю большое количество людей. Я хотела бы вас попросить подобрать им замену.
Маркиз слегка растерялся.
- Вы же понимаете, что вы просите меня поставить на пустые должности своих людей? – уточнил он.
Да, любой на его месте поставит своих людей. Но я… почему – то захотела рискнуть. Да, Ламэль может оказаться таким же алчным свинтусом, как и остальные, и я просто поменяю шило на мыло, но я уже решила: Гальвани должен подобрать персонал.
- Вы живёте в этой империи дольше меня, и я доверяю вам. – смиренно произнесла я. – Наши убеждения с вами схожи, как и наши цели. И я верю, что вы знаете достойных людей, которые наконец-то смогут сделать империю Льюлэнд сильной.
- Это честь для меня, Мастер Меча Лариса. – мужчина склонил голову, убрав руки за спину.
Хочу верить, что я не зря доверилась этому человеку.
- Спасибо за обед.
Дикая и необузданная медведица справедливости неслась на всех порах, разрывая в клочья всех проворовавшихся служащих. В течении следующего месяца я предъявила больше пятнадцати обвинений и создала столько же вакантных должностей. Моя свирепая команда следователей разнюхала несколько крупных цепочек, по которым государственное оружие, одежда, лошади и даже должности уплывали в чужие карманы. На каждой ступени иерархической лестницы императорские деньги растекались по рукам и делились, всех несогласных увольняли или принуждали принять правила «игры». На меня было совершено два нелепых покушения, которые я даже не взяла в расчёт.
Но также случилось кое-что важное: Лайла сдала свой экзамен по фехтованию мне лично. Я подыскала ей мастера, и теперь она усердно занимается фехтованием более профессионально и серьёзно. Гордость за неё затмила неприятную новость о том, что меня пытаются вызвать в суд. Якобы я злонамеренно преследовала аристократов и тому подобное. Я отказалась официально, что дало этим гиенам возможность обратиться с официальным прошением к императору.