Это он так возвышает меня или просто скромничает?
- Если бы вы до встречи со мной были серой тенью, то я бы вам поверила. – вздохнула я, ощущая приятную лёгкость в теле.
Мы вышли на улицу и двинулись в сторону главных ворот. Намеренно ли, но Ламэль шагал очень медленно, чем очевидно оттягивал наше расставание.
- Я понимаю, что наше первое знакомство прошло очень отвратительно и после этого… кхм… произнеся это вслух, мне не хочется о чём – либо вас спрашивать. – замялся мужчина, пытаясь продолжить разговор. – Вы позволяете мне себя сопровождать, и вы уделяете мне внимание, которого я, в принципе, не достоин. Поэтому, наверное, мне стоит просто поблагодарить вас за этот чудесный вечер. Вы были как всегда восхитительны, глядя на вас, моё чувство прекрасного ликует и у меня на всю жизнь останутся эти приятные воспоминания.
Я улыбнулась. Он понимает. Почему-то я пропускаю сквозь пальцы много тревожных звоночков и веду себя беспечно рядом с Ламэлем. Неужели это та самая симпатия, которая обеляет объект интереса и затирает все недостатки? Глядя на маркиза, я не чувствую той самой любви, которая обычно возникает между мужчинами и женщинами. Гальвани мне, скорее просто нравится. В детстве я быстро влюблялась в мальчишек, было достаточно только увидеть симпатичного школьника или уже студента, и моё сердце трепетало, как пойманная в ловушку птичка. Последние года я не испытывала этого чувства ни к кому. Наверное, только отношения с Габриэлем были максимально приближены к любовным. Кажется, с возрастом я зачерствела. Сладкие речи и такая же сладкая внешность более не вызывают того самого трепета, что раньше. Может, это даже к лучшему. Что прикажете мне делать, если бы я влюбилась в этого маркиза - бабника и убийцу, который до сих пор может плести коварный план по моему убийству? Я, конечно, зла на него не держу, но достойным партнёром он для меня не станет. Возможно, любовником когда – нибудь, но не более. Моё положение, в конце концов, обязывает меня быть придирчивой к партнёрам, которые будут допущены близко к телу, так скажем.
- Если вы больше не будете пытаться меня убить, то мы с вами сможем подружиться. – усмехнулась я, пытаясь отвлечься от посторонних мыслей. – И ваш образ жизни я не осуждаю, вы в праве жить свою жизнь ровно так, как считаете.
Мой ответ вызвал у Ламэля слегка натянутую вежливую улыбку. Да, наверное, сказать ему нечего. Не планируя, я указала Гальвани на его место, припомнив его поведение и опрометчивые поступки. Только что маркиз Гальвани отправился в зону для друзей, из которых выбраться невозможно.
- Позволите ли вы мне писать вам письма время от времени?
Мы преодолели ворота, и стражник отправился на поиски моей кареты.
- Пишите, конечно. – пожала плечами. – Не обещаю отвечать, но я вам этого не запрещаю.
Фиолетовые глаза смотрели на меня очень нежно, будто влюблённый мужчина провожает свою пассию и не может с ней расстаться. Только вот в этой нежности крылась грусть. Она пронзила мужской взгляд, а его улыбка была лишь выученным атрибутом аристократа. Осознать, что объект симпатии не отвечает взаимностью, всегда больно. Я, конечно, так размышляю из-за того, что сказал сам Ламэль. Может, это лишь маска наёмного убийцы, который отыгрывает роль безответного влюблённого дурака, но я не очень хочу об этом размышлять. Против меня постоянно строятся планы и заговоры, поэтому мне хочется верить просто в то, что Ламэль мне говорит, и не изматывать себя ненужными подозрениями.
Огненная розочка быстро семенила по дорожке, подхватив подол платья. Раскраснелась вся. Мы провели здесь несколько часов, надеюсь, Лайле будет, что вспомнить.
- Прыгай в карету. – обратилась я к девушке.
- Мы ведь поедем домой вместе? – немного испуганно вопросила она, переводя взгляд с меня на Ламэля.
- Конечно. Маркиз Гальвани, как истинный джентльмен проводил меня до кареты, чего, кстати, не сделал твой Мэтью. – слегка заворчала я.
- Я… это я сказала ему не провожать меня. – смутилась Лайла, перестав подозрительно смотреть на Ламэля.
- Почему?
- Вам же он не нравится. – слегка потупила она взгляд. – Я решила, что если вы не будете его часто видеть, то вы о нём забудете.
Эти красные щёки и смелая речь наводит на мысли о том, что мой ребёнок попробовал алкоголь. С другой стороны, чего я ожидала? Группа подростков на балу, где алкоголь в свободном доступе. Очевидно, что она его тоже попробовала. В этом мире, как только аристократ дебютирует в обществе, то автоматически становится взрослым, поэтому причин для ругани у меня нет. Но совру, если скажу, что меня не жрёт червяк возмущения.