Выбрать главу

- Запускай по одному.

На кухню я нашла двух поваров по объявлению, а также одну служанку. Персонала нужно намного больше, но пока что есть другие более насущные проблемы.

- Здравствуйте. – проблеял вошедший мужчина в очках. – Богиня благословила этот город, раз сама Мастер Меча Кровавая расплата Демонический плач Освободительница угнетённых Святая Лариса решила тут править!

Мужчина приклонил колени, уронив свою кожаную сумку на пол.

- Расскажите о своём опыте работы.

Мужчина расплакался и отвечать мне не собирался. Я уже видела подобную картину и ничего хорошего она не несёт. Люди, благоговеющие передо мной, выстроились в очередь, чтобы стать моим помощником, но ни один из них не может связать и двух слов о себе. Они все кланяются мне, молятся и плачут. Думаю, что многие даже не имеют опыта работы в подобной сфере, врут, чтобы увидеть меня своими глазами. Боги, дайте мне сил.

Четверо других смогли внятно представиться и рассказать о своём образовании, но, когда дело доходило до демонстрации своих навыков, всех пробирал паралич. Книгу учёта они узнавали, но дать внятный анализ и указать мне на недочёты они не могли. Мой облик Святой не позволял им критиковать меня, поэтому помощника мне будет найти нереально сложно.

- Госпожа, лекарь просит о вашем присутствии.

Я посмотрела на время. Потратила почти три часа, выслушивая сопли и мямляние. Продуктивно я время трачу, видно сразу – аристократка.

Наши с Ньютом комнаты находились на втором этаже, но в разных концах дома. Другие комнаты я осмотрела мельком и ремонт меня устраивал, за усадьбой хорошо ухаживали и многие предметы интерьера были достаточно дорогими – одной головной болью меньше.

Комната мальчика была просторной и светлой. Ньют сидел на кровати, а пожилой дедушка – лекарь стоял у столбика кровати.

- Вы хотели меня видеть. – обратилась я к мужчине. – С Ньютом что-то не так?

- Нет-нет, что вы, госпожа Лариса. – улыбнулся он, видимо привыкший ко мне и чувствующий себя рядом со мной комфортно. – Я хотел вам сообщить, что я закончил лечение.

- Отлично. – кивнула я. – Это хорошие новости. Спасибо за ваш труд.

- Только один шрам я не смог исцелить, лорд Ньют попросил его оставить. – замявшись, выдал мужчина. – Этот шрам не мешает ребёнку, поэтому его наличие никак не навредит здоровью наследника.

Я покосилась на сидевшего спиной ко мне мальчика. Большой розовый рубец рассекал левую лопатку на детской коже.

- Уверен, что хочешь его оставить? – обратилась я к ребёнку.

- Да.

- Спасибо за ваши труды, Бета расплатится с вами. – обратилась я к лекарю.

- Рад был вам помочь, госпожа Лариса. – мужчина слегка поклонился и покинул покои Ньюта.

Я не часто говорила с Ньютом, поскольку сам он предпочитал уединение, а у меня было много других проблем, поэтому я не настаивала на общении. Давить на него не хотелось из-за того, что он пережил. Я понимаю, что он травмирован и вероятнее всего, этот страшный год оставит отпечаток на психике Ньюта, но и отшельником он не станет.

- Зачем ты оставил этот шрам?

Я обошла кровать и присела на подоконник, чтобы быть лицом к лицу с мальчиком.

- Вам это знать необязательно. – на меня посмотрели взрослые и вдумчивые глаза.

Единственный человек, от которого я хотела бы увидеть почтение, говорит со мной, как с равной. Разве я для него не супергерой? Разве он не хочет стать такой, как я, и во всём меня слушаться? Я, честно говоря, надеялась на это, ведь парню всего девять лет. Но не тут-то было. Как его тогда воспитывать - непонятно.

- Если я спрашиваю, значит хочу знать. – спокойно возразила я. – Ты же понимаешь, что нам с тобой предстоит прожить ещё по меньшей мере пять лет, а то и все десять?

- Император вас накажет за самоуправство, и меня вернут барону Морло. Мне незачем делиться с вами мыслями.

Ах вот оно что. Он думает, что эта идиллия ненадолго? Наверное, в его глазах я героиня, но против императора никто не смеет идти. Хорошая логика, он многому обучен, видимо Георг хорошо занимался сыном. Но доказывать этому мальцу обратное бессмысленно. Он считает весь мир своим врагом, ведь к нему отнеслись жестоко: родители погибли, опекуны избивали. Его можно понять. Действительно, зачем ему ко мне привыкать, если нас снова разлучат. Умный пацан.