Во время войны лошадей скашивало, как рожь в жатву, бедные животные гибли сотнями по разным причинам. Одной из них было обезвоживание из-за усталости. Не всегда можно было дать коням положенный отдых и еду, поэтому животные падали от усталости, ломали себе ноги и шеи, после чего добивались солдатами. Однако, были одни лошади с необычным пятнистым окрасом, которые были крайне выносливыми. Они были настолько живучими, что их могла погубить только магическая сила или несколько стрел. Кони, что неслись вперёд без страха и усталости принадлежали империи Льюлэнд. Я не спрашивала, кто разводил таких живучих и красивых существ, поэтому граф Шантарский – новое имя для меня.
- Я просто вспомнила, что во время войны именно ваши кони были выносливее остальных. – честно призналась я. – Лошади других империй падали от усталости, тогда как ваши готовы были бегать без устали много часов. Неприхотливые и при этой такие выносливые, что я ездила только на ваших лошадях, граф Шантарский.
На этот раз мужчина был шокирован, округлив глаза и подняв брови. Всё-таки эмоции у него есть. Да и моя память умело подкинула мне этот факт.
- Лучшей оценки нашей усердной работы и придумать нельзя. – граф тут же склонился. – Я безмерно счастлив, что сам герой войны Мастер Меча Лариса, предпочла лошадей моего графства лошадям других империй.
- Вы великолепно справляетесь со своими обязанностями и являетесь прочной опорой всей империи. – искренне восхитилась я. – Я рада увидеть того, чей труд спас так много жизней.
Компания Баэля незаметно от нас отстранилась, оставив наедине. Граф оказался вполне хорошим собеседником, когда тема коснулась его семейного дела. Мы довольно долго с ним общались на тему разведения лошадей, и я многое узнала.
Заметив краем глаза, что император и кронпринц остались наедине, решила воспользоваться шансом.
- Рада была с вами побеседовать, граф Шантарский. – попрощалась я. – Хорошего вам вечера.
- Мастер Меча Лариса. – Баэль тут же поклонился.
Наблюдать за увлечённым Баэлем было приятно, всё-таки его внешняя красота отдавала льдом, что тоже был притягательным. А иногда, когда он щебетал о своих лошадях, то глаза графа светились какой-то страстью, которая была заразна и поразительна. Человек, искренне любящий собственное дело, притягателен.
- Мастер Меча Лариса приветствует солнце империи императора Андриана Эмрикса. А также кронпринца империи Мариана Эмрикса.
Я подошла к самой властной паре в этом зале и присела в самый хороший и почтенный реверанс, на который была способна в этом платье. Хоть я и сильнее, хоть я и могу убить сейчас всех присутствующих, но власть в руках императорской семьи, а в частности, императора. И я, как его давняя подруга, бить по императорскую авторитету не стану никогда. Я живу теперь в империи Льюлэнд и мне положено, как подданной, преклонять колено перед императором. Наедине мы можем говорить свободно, но при посторонних… я не стану вредить Андриану.
- Мастер Лариса! – подал громкий голос император. – А я уж было подумал, что ты не подойдёшь к нам.
- Как бы я посмела, ваше императорское величество. – продолжая стоять в крайне неудобной позе, ответила я серьёзно. – К вашему императорскому величеству выстроилась огромная очередь, и я решила поздравить вас последней.
- Ну же, выпрямись! – сдержано улыбнулся он мне. – Жаль будет, если твоё красивое платье треснет.
Я тут же посмотрела императору в глаза. Решил меня подколоть? Конечно, моё платье на вид крайне хрупкое, и не даром мне запретили в нём наклоняться.
- Ваше величество говорит смущающие вещи. – улыбнулась я. – Желаю процветания империи Льюлэнд.
Мне повезло, что за мной опять выстроилась очередь к императору, поэтому я быстро откланялась и решила уйти.
Я должна была признать, что вечер был не так уж и плох. Поэтому перед уходом я решила немного пройтись по саду, который император дозволил посещать.
На улице уже было темно, поэтому небольшая территория, где росли цветы и декоративные кусты была плохо освещена, однако, я всё же решилась пройтись по усыпанной гравием дорожке. Мне почему-то стало грустно. Я вспомнила размытые образы своих родителей и ощутила себя какой-то предательницей. Будто они там вспоминают обо мне и не знают жива ли я или нет, а я здесь хожу на балы в дорогом платье и украшениях, которые никогда мне не были по карману. Слова Рина ничего не прояснили для меня, лишь запутали ещё больше. Якобы, я местная… и прочая ересь. Чушь. Даже если это правда. Я росла на Земле. Моё место там, мои мама и папа любят меня и ждут, наверное, до сих пор. Но мне когда-то нужно будет смириться и принять суровую реальность: я не смогу покинуть этот мир. В нём я встречу свой конец, и мои кости будут лежать в этой земле, где нет ни одного родственника. Если загробная жизнь существует, то я, наверное, буду совершенно одна.