В нем Паша и его спутники наконец-то оказались под крышей перед миской горячей каши с бараниной. После сытного ужина тело тут же потребовало сна. Впрочем, гномы тоже устали, а потому томить Павла долгими разговорами не стали и разошлись по комнатам, снятым у краснощекого хозяина местной ночлежки, который безостановочно что-то говорил, но так, что ничего было не разобрать.
Этой ночью Павел не видел снов, а потому утро наступило моментально, так, что даже показалось, будто он совсем не спал. Но эти ощущения быстро рассеялись, едва он поднялся с лежака. Потянувшись, он почувствовал прилив бодрости и сил, будто и не было за его плечами изнурительной дороги и переживаний. Остальные так же поднялись в хорошем расположении духа, и, после скорого завтрака, быстро собрались в путь.
Гномы вели Павла в самое сердце своей страны, далеко не каждому человеку оказывалась такая честь. Торговля с людьми велась через пограничные городки и селения, вроде Эгернаха. Тут заключались сделки, сюда подвозили товар, здесь же его оплачивали. Свою же цитадель гномы предпочитали не показывать.
А ведь там было на что посмотреть, это Паша понял, едва город показался на горизонте. Тот рос от окраин к центру, становясь все выше с каждым кварталом, будто пирамида. Что удивляло еще больше, город постоянно двигался, будто огромный организм. Дело было в том, что большинство домов являлись мастерскими, оснащенными всякого рода механизмами – огромными мехами, какими-то исполинскими колесами, которыми крутили жернова и прочим, что Паша пока не мог разглядеть. Впрочем, механизмы приводились в действие живой силой, коей в городе обитало немало.
Сами гномы, те, что не носили доспехов и оружия, одевались пестро, в разноцветные штаны, меховые шубы и куртки, плащи и смешные, шарообразные шапки, которые были явно больше головы. К своим шубам гномы обязательно подвязывали разноцветные лоскутки ткани, пояса и металлические побрякушки. Что означают эти подвески, Паша не знал, но заметил, что гномы носят определенные наборы этих украшений, вероятно, таким образом, разделяя себя на касты.
Пока они двигались к горе, где располагался исторический центр города и дворец вождя, Паша пытался сосчитать все виды гномов по их украшениям, но постоянно сбивался, отвлекаясь на работу какого-нибудь механизма. Постройки в основном были каменными, так как материала в окрестностях было предостаточно. Встречались и гранитные дома, впрочем, были и деревянные. Особенными архитектурными изысками они не отличались, обыкновенные серые коробки с кучей пристроек, которыми дом обрастал со временем.
В центре города мастерских было меньше, в основном тут располагались обыкновенные жилые дома и торговые лавки. Над центром города навесной стеной высилась гора. Паша думал, что гномы живут и в ней, что наверняка там прорублено немало туннелей и шахт, однако сами гномы утверждали, что добыча их находится дальше, а жить внутри горы они не способны.
Трех этажное, чуть округлое здание из зеленоватого камня возникло перед Павлом буквально из ниоткуда. Может потому, что он постоянно вертел головой, а может и потому, что находилось оно за небольшим холмиком и внимания не привлекало. Это и был дворец вождя, в котором жил и правил вождь клана Белого Камня.
Дворец был достаточно красив, хоть и не слишком грациозен. На зеленоватых, с черными прожилками, стенах ютились высеченные изображения, повествующие о быте гномов. Охоте, ремесле, войнах и прочих занятиях, которым посвящали себя жители города. Однако все это не оказало на Павла должного впечатления. Он ожидал чего-то большего. В конечном итоге, вождь могущественного клана мог бы позволить себе более роскошное жилище. Оставалось надеяться, что камень, которым был обложен дворец, был крайне редким и драгоценным. Как сказал Кервин, цвет камня не был естественным, его покрывали специальным раствором. А гравюры на нем создавались не одно поколение, каждый вождь стремился запечатлеть на нем какое-то особое событие. Таким образом, по гравюрам можно было прочитать всю историю клана от первого его вождя в этих землях.
Во дворце гостей не ждали, но приняли любезно, хоть и с непониманием. Впрочем, отношение к гостям заметно потеплело, как только гости удосужились пояснить, с какими вестями они пожаловали.
Внутри дворца было немало каменных изваяний, включая лавочки и столики. Такая любовь к каменным предметам интерьера была вполне объяснима, такую мебель было нелегко сломать. Так, пиршественный стол в одноименном зале не менялся с самого основания дворца в Каллинде. Правда, сидеть зимой на каменных лавках в плохо отапливаемом дворце – сомнительное удовольствие, сулящее разного рода заболевания. По крайней мере, людям. Подушек и ковров нигде не было видно, голые каменные полы, голые лавки и голый стол. Ощущения складывались неприятные, но Паша понимал, что культуру другой расы он не изменит.