– Что же важно? – Паша понимал, что должен о чем-то беспокоиться, но не знал о чем.
– Ты умираешь, – холодно ответил голос.
– Меня убивает тот…
– Да, одно из Его порождений. Их называют демонами.
– Ты будешь говорить со мной, пока он не закончит? – Паша не чувствовал каких-либо эмоций, но помнил, умирать должно быть страшно.
– Нет. Я хочу помочь тебе.
– Тогда помоги.
– Не так быстро. Я хочу, чтобы ты помог мне в ответ.
– Что же я могу сделать для бога? – Паша хотел, чтобы это звучало обреченно, но эмоции плохо отражались в его речи.
– Вы – люди, постоянно недооцениваете своих сил. Вам будто нравится быть беспомощными ничтожествами. Но. Сейчас не об этом, – богиню словно задели за живое, – Я хочу, чтобы ты уничтожил Дару.
– Зачем? – Паша не знал, кто такая Дара.
– Она обманула смерть! – показалось, что богиня дала волю чувствам, нотки ярости сквозили в ее голосе.
– Хорошо, – Паша легко согласился, хоть и не хотел встречаться с тем, кто обманул смерть.
– Не думай, что сможешь меня обмануть, – последнее раздалось эхом в голове.
Река времени вернулась в обычное русло, вернулось и нормальное мироощущение. Вслед за ним вернулась и боль, которую Паша не успел почувствовать до разговора. Его внутренности будто вынули, сварили, и запихнули обратно еще не остывшими. Он горел от темени до пят, словно решил испить из вулкана.
Но руки его послушно выполняли чей-то приказ. Сам того не желая, он выставил руки вперед, уложив одну ладонь на тыльную сторону другой, будто упираясь в какую-то стену. Черные щупальца отпрянули, хаотично возвращаясь к хозяину, а из Пашиной ладони к неприятелю уже тянулось нечто столь же темное и непроницаемое, как сам демон. Эта чуждое Павлу оружие настигло цели, и ему показалось, будто тот издал дикий, пробирающий до костей, визг. В следующую секунду он распался на тысячи осколков, которые так и не осыпали собой пол, растворяясь в воздухе. От него не осталось ничего, кроме неприятных воспоминаний и угасающего пламени внутри.
Паша почувствовал, как что-то чужое, явно лишнее, покинуло его тело. Следом пропало и жжение, Паша догадался, что вовсе не демон был виной пламени внутри. Небывалая легкость в теле и прилив сил накатили на него волной, в тот момент он был готов передвинуть горы и поменять местами континенты. Но длилось это состояние несколько секунд. Такой же неожиданной волной накатилось забвение, Паша, закатив глаза, упал без чувств. Он так и не заметил, что его товарищи уже давно лежат, и лишь он все это время стоял на ногах.
В городке было спокойно, будто и не было никакой битвы в доме волхва Велимудра. Редкие прохожие сновали от здания к зданию, кто-то уходил за ворота. Ничто не нарушало привычного ритма жизни. Лишь одна фигура могла бы показаться странной, если бы кто-то за ней наблюдал. Сплошь укутанный в лохмотья пеший путник тенью проскользнул через ворота так, чтобы дремлющий охранник ничего не заметил. Едва покинув город, путник бегом двинулся к горам.
Очнуться Паше удалось лишь вечером. Часы показывали половину восьмого, в комнате было темно, но Паша понял, что ничего не изменилось. Разве что чувствовал он себя бодро, будто это не он лежал на полу несколько минут назад. К своему удивлению, он обнаружил, что Мигэль и Велимудр валяются рядом, словно оставленные ребенком тряпичные куклы. Велимудр к тому же еще и храпел.
Паша не знал, радоваться ему или огорчаться. Обычно все чувствовали себя прекрасно, а он отлеживал бока в кровати, получив очередную травму. Теперь же все было с точностью до наоборот. Перед ним валялись его друзья, а сам он стоял в растерянности, не зная, как будет разносить их по более пригодным к отдыху местам и какую окажет помощь.
Все перемешалось в голове. Он стоял на ногах, а многомудрый, с непреклонной волей и непоколебимым авторитетом волхв лежит рядом. Паше стало не по себе. «Он был всего один. Что же могут сделать несколько? Убивать целые армии одним лишь своим видом?»: подумал Паша, решившись поискать Ясмину.
В центре ритуального круга ее не было. Паша разжег свечи, однако обилие света не повлияло на исход поиска – ведьма бесследно исчезла.
«И все-таки она пользовалась посохом»: с какой-то радостью подумал Паша, понимая, что его гипотеза подтвердилась.
Кое-как ему удалось разнести бессознательных друзей по кроватям. Судя по всему, он просто спали, а потому в иной помощи не нуждались. Тогда Паша наскоро перекусил и сам лег спать, руководствуясь старой пословицей о том, что утро несколько лучше располагает к раздумьям и принятию верных решений, нежели вечер.