Там он простоял около часа, переминаясь с ноги на ногу. Каждый десяток минут он смотрел на свои часы, и вздыхал, ведь ему казалось, что прошла уже вечность. Ноги дико замерзли, замерз и нос, но искать корчму, чтобы согреться, ему не хотелось. В какой-то момент он подумал, что волхв давно закончил с переговорами и просто не может отыскать Павла. Думать о том, что волхв был схвачен или же потерпел неудачу, даже не хотелось. Тогда он решил вернуться к терему, где его и оставил волхв.
– Где ты бродишь? – спросил у Павла волхв, который потирая руки, стоял в назначенном месте.
– Я думал, ты найдешь меня, – ответил Паша, – Здесь стоять было как-то неуютно. Поговорил с князем?
– Поговорил, – кивнул волхв, – Теперь пора возвращаться обратно. Потом все расскажу.
– Ладно, – передавая поводья волхву, согласился Павел.
В пути волхв был не особо разговорчив, а потому приходилось слушать грустное завывание ветра в шуршащих ветвях деревьев, да стук копыт о плотно сбитый снег. К вечеру они добрались до одной из деревушек, где и остановились в местном постоялом дворе. Лишь тут, после сытного ужина, волхв начал беседу.
– Дружину князь не даст, но и противодействовать нам не станет. В стороне он решил остаться. Но не верю я ему. Он либо в спину ударит, либо уже сейчас гонцов пошлет в Киев, – говорил Велимудр, усевшись на лежак.
– И что же делать? – спросил Павел.
– Ничего не делать, гонцов мы не изловим, а наше тут присутствие все равно было бы раскрыто, – ответил волхв, – Весной дороги размоет, никто воевать не сможет, так что у нас еще есть время. Немного, правда, но есть.
– А что ты так боишься гонца в Киев? – Паша вдруг понял, что слишком отстал от развития событий.
– Потому что воевать нам с ним придется. Да, поставил он капище подле терема, да только взор его не туда направлен, продал он богов наших за сестру багрянородную василевсов греческих. Будто мало ему было наложниц, – волхв вздохнул, – Крестят они земли наши, сожгут идолы и капища, сожгут и память. Наше дело – остановить их.
– Хм, – Паша откинулся на свой лежак, – Стало быть, мы пойдем на Киев?
– Коли дойдем. Только чую я, не дадут нам дойти до стен без боя, – ответил волхв, – Однако, не сейчас тебе о том думать. Тебе иначе готовиться надо к битве, ты силу ищи свою.
– А как мне ее искать-то? – возмутился Паша, – Не чувствую я ничего, нет никакой силы.
– Как ты с Иваном символ искал, так и силу ищи, – волхв отвернулся, явно не желая продолжать разговор, – спи теперь.
Паша вздохнул и сам повернулся набок, закрыв глаза. Эта ночь прошла спокойно, без сновидений.
***
«И где искать эту силу?»: Паша прогуливался по лесу. В этом году морозы прошли раньше обычного, уже в середине марта снег неустанно таял, пуская веселые ручейки. Птицы уже начинали возвращаться с зимовки, предавая громкой огласке сей факт. В какой-то момент Павлу даже захотелось найти подснежники, чтобы собрать букет для Ясмины, все-таки девушки любят цветы.
В последнее время Паша все чаще покидал лагерь под башней, там было слишком шумно. Он не лез в дела управления, этим занимался волхв и военачальники прибывающих отрядов. Пока дороги окончательно не развезло, на зов старого волхва успело откликнуться немалое количество народу. Некоторые приходили группами по несколько человек, а кто-то и целыми дружинами в несколько сотен. Однако это были далеко не все, кого планировал собрать волхв. Основные силы, как говорил он, ждут в своих городах, ждут, пока дороги окрепнут, и позволят пройти большому войску с обозом.
Паша же, по наставлению все того же волхва, искал уединения, искал силу, которую должны были бы подарить ему девять камней, впитавшихся в его ладони. Впрочем, не только волхв рекомендовал уединение, на нем настаивала и Ясмина, от которой Паша просто не смог долго таить своих секретов. Они сильно сблизились, Паша уже не мог настороженно к ней относиться, теперь он не только делил с ней ложе, теперь он ее, пожалуй, полюбил. И ему хотелось надеяться, что она его тоже.
Паша остановился, увидев старое поваленное дерево. Сев на него, он решил передохнуть. Устав созерцать темные стволы деревьев, он решил проверить свое имущество. В поясной сумке своего часа ждали многие предметы, но отчего-то сейчас ему захотелось еще раз посмотреть на осколок, полученный еще во время прошлого путешествия. Слишком долго этот осколок не извергал молний, может от того, что не было нужды, а может и просто потому, что запас его мощи иссяк.