Видавшие виды викинги попятились, пытаясь организоваться для обороны. Чудовища вклинились в ряды северян, разбрасывая тела. Конечно, чтобы истребить несколько тысяч человек такого количества чудищ было бы маловато, но уничтожать всех и не требовалось. Напуганные северяне пытались убегать от нежданного врага, но в общей свалке это было бы просто невозможно. Княжеское войско получило достаточно времени, чтобы организоваться и перебросить подкрепления с другого фланга.
«Пора»: подумал Паша, видя особый сигнал волхва. Он быстро повернулся к Ясмине, поцеловав и крепко обняв ее, он коротко попросил:
– Отойди, мне пора.
Ясмина ничего не сказала, быстро отходя. В ее глазах мелькнули слезы, но Паша старался не думать о них, они еще не проиграли боя.
Пока Павел концентрировался на превращении, магам удалось сразить одно из чудищ ударом молнии. Второе чудище издохло само от полученных ран, викинги не отдавали свои жизни бесплатно, и каждый разорванный воин пронзал врага мечом, все они хотели попасть в Вальхаллу.
Расправив крылья, Паша быстро спланировал над викингами. Те, видя дракона, воспряли духом, встречая того приветственными криками. Паша устремился к последнему, прямоходящему, чудовищу. Казалось, монстр еще не заметил летучего ящера, так он был увлечен истреблением северян.
Когда Паша, явно превосходящий и физической силой и размерами, схватил монстра, крепко сжав его в лапах, ему показалось, что демон даже издал некое подобие удивленного возгласа. Еще более удивленным его возглас звучал в тот момент, когда Паша бросил его на землю с высоты птичьего полета. Каким бы мощным не был демон, этого падения он не пережил.
Теперь уже греческий полк, едва оправившийся от понесенных потерь, был подвержен атаке чудовища. Пусть и одного, но явно более страшного. К тому же северяне быстро собрали волю в кулак и устремились в новую атаку. Однако долго разрывать людей на части Павлу не удалось.
Едва забытый сон, виденный им еще во время первого его путешествия, начал сбываться в полной мере. Только сейчас Паша вспомнил, как именно достался ему утерянный осколок, метающий молнии и что именно он видел прежде, чем этот осколок вонзился в его ладонь. Небо быстро темнело, откуда-то набежали тучи, но дождя они не принесли, лишь скрыли то, что происходило на небесах.
Паша оставил греческий полк в покое, понимая, что северяне могут справиться сами. Ему же надлежит быть там, за тучами. Быстро набрав высоту, Паша нырнул в темные, прохладные облака. Вынырнув оттуда, он не сразу понял, где враги, и кого ему атаковать.
Непонятных летучих существ было полно с обеих сторон, благо, они еще только готовились к поединку, собираясь в две огромные кучи. Заметив ту самую загадочную троицу, Паша быстро устремился в их сторону, стараясь занять выгодную для себя позицию и не оказаться меж двух огней.
Реальность несколько отличалась ото сна. Троица не метала огня и молний на землю, да и выглядели они куда прозаичнее, нежели во сне. Не было того сияния и великолепия в их облике. Впрочем, выглядели они все же достаточно устрашающе, к тому же Паша нутром чувствовал их силу. На их стороне выступали воины, восседающие на крылатых тварях, которым Паша не подобрал названия. Сами воины мало чем были отличны от обыкновенных людей, а твари походили на птеродактилей. Были тут и гарпии, и горгульи, и прочие птицеподобные существа. Паше было трудно рассмотреть их всех, слишком напряженной была ситуация.
Войско напротив было не таким разномастным. Двурукие крылатые воины, покрытые чешуей и перьями, с ними заодно и совсем не походящие на людей существа. Эти имели в основном перепончатые крылья и гладкую кожу различных расцветок. Встречались среди них и вооруженные чем-то кроме собственных конечностей и зубов, но такие индивиды были крайне редки.
Павлу показалось, будто две армии застыли в некой нерешительности и чего-то ждали. В какой-то момент Паша даже решил, что ждут они именно его. Ждут, какую из сторон он примет, будто у него есть выбор. «А ведь есть, собственно»: подумал Павел, но свой выбор он уже сделал, и менять его теперь он не захотел. Едва он пересек незримую черту, точно обозначив выбранную им сторону, армии двинулись друг к другу.
Сражаться с пешими людьми было не намного сложнее, чем с летучими воинами. По крайней мере, с той их частью, с которой встретился Павел. Летали они весьма неуклюже, рывками. Их крылья и вес тел явно не позволяли им совершать грациозных пируэтов, тем более набирать большую скорость, а потому, для набравшего скорость Павла, каждый из них казался и вовсе неподвижным.