Паша решил применить заклятие «орлиного глаза». Короткая судорога пробежала по телу, картинка перед глазами на миг расплылась, а после собралась с небывалой четкостью. Паша отчаянно моргал глазами, чтобы хоть как-то привыкнуть к этому новшеству. Поговаривали, что многие маги отказывались от обычного зрения вовсе, всю жизнь тратя силы на поддержание заклятья. А некоторые и вовсе лишались зрения, неумело применяя это заклятье.
Всадников было трое. Каждый из них был облачен в накидку пурпурного цвета поверх доспеха, на этих накидках были вышито изображение креста. Вооружены они были, как говорится, «до зубов». У одного из них за спиной болтался целый арбалет, скорее всего непригодный для стрельбы с седла, слишком уж внушительны были его размеры. У другого около ноги болтался колчан со стрелами и лук, прикрепленные к седлу. Третий же, вероятно, предпочитал всегда биться с врагом лицом к лицу и стрелкового оружия не имел.
Долго разглядывать всадников Паша не мог, боялся израсходовать лишние силы. Теперь появление всадников вызывало не только интерес, но и беспокойство, граничащее с паникой. Пашу посещали лишь плохие предчувствия.
Свернуть с тракта было некуда, к тому же поздно. Если всадники кого-то искали, то подобный побег лишь вызвал бы подозрения. Паша перевел коня на легкий шаг, едва не остановившись. Всадники же напротив, пустили скакунов едва ли не галопом. Сохраняя внешнее спокойствие, Паша приказал эльфу, не делая резких движений, приготовиться к бою. И напомнил ему, что эльф – немой слуга, и ему следует сохранять молчание и бездействие, пока Паша не подаст знак. Оба они сошли с середины дороги, плотно прижавшись к обочине, чтобы пропустить мчащихся навстречу всадников.
Но те явно не собирались проезжать мимо. Медленно, даже несколько картинно они остановили своих скакунов в паре метров от замершего Павла и его спутника. Несмотря на то, что Паша и Мигэль полностью остановили своих коней еще минуту назад, первый, и, видимо, главный из всадников очень громко, будто опасаясь встречи с глухими, приказал:
– Стой!
Немая сцена, Паша и Мигэль неподвижно сидят в седлах, внимательно, с неким вопросом, глядя на всадников. Те в свою очередь выстроились в линию, преграждая путь, будто ожидая, что путники бросятся бежать.
– Стоять, приказываю именем закона! – продолжил требовать главарь.
– Мы стоим, – позволил себе заметить Павел.
– Я, Аркадий Афинский, десятник Ордена Очищения, приказываю вам спешиться! – десятник, очевидно, был очень горд своей должностью, поэтому ее он озвучил особо громко. Даже его спутники чуть дёрнулись, и даже улыбнулись.
Паша взвесил все за и против. Сил на колдовство в нем было достаточно, если прямо сейчас он начнет нашептывать заклинание, то, самое большее, через десять секунд все трое всадников уйдут под землю в образовавшуюся под ними яму. Способов убийства захваченных врасплох людей можно выдумать немало. Однако ему могли не дать шептать заклинание так долго, к тому же среди них мог быть маг, например тот, что был без стрелкового оружия. Могло и просто не получиться заклинание, к тому же, Паша не знал, что это за орден, но сильно сомневался, что враждовать с ним – хорошая затея.
Чувствуя опасность, Паша все-таки стал слазить с коня, предварительно театрально подав только что выдуманный знак эльфу. Тот догадался, что нужно покинуть седло и поспешно последовал Пашиному примеру.
– Кто такие, и куда направляетесь? – начал свой допрос десятник.
Широкоплечий, с густой шевелюрой покрывавшей голову, что слегка колыхалась, повинуясь ветру, он выглядел устрашающе. Особенно из-за отдающего безумием взгляда, крепко сжимающей эфес меча руки и шрама на всю правую щеку. По крайней мере, одну тяжелую битву он уже пережил.
– Мы простые странники, держим путь в Торнис, говорят, там на рынке можно купить отличные медвежьи шкуры, – Паша использовал сведения, полученные от болтливого Фемела, который очень хотел приобрести шкуру, но никак не мог покинуть своего трактира.
– Просто странники? – десятник недоверчиво глянул на Пашу, – И куда ты повезешь шкуры, откуда ты родом?
«Откуда я родом?»: Паша так и не придумал эту ложь, надеясь, что никто не спросит.
– Возможно, я завезу одну из них трактирщику из Фемелу из местечка Старый Родник, – уверенно начал Паша, – Он очень просил.
– Родник? – всадник задумчиво потер подбородок, – Там же кладбище неспокойное. Как вы по этому тракту едете, так… спокойно?