***
От болот веяло затхлым, с примесью гнили, запахом. Изредка встречающиеся остатки доспехов, костей, а иногда и полуразложившихся трупов вызывали чувство ирреальности происходящего. Подобного Паша не видел даже в этом мире, все походило на какой-то фильм ужасов о ненасытном болотном чудище. Однако и этот пейзаж, каким бы он ни был ужасным, стал привычным. В конечном итоге, кроме отвратительного запаха и неприятного для глаз зрелища, болото ничего в себе не несло. А человек быстро привыкает ко всему, что не несет моментальной смерти, особенно если нет другого выхода.
Следов компании, которая отправилась на поиски неприятеля, видно не было. Паша так и не смог нагнать их, хоть и торопился. А значит, торопились и они. «Глупцы, торопились умереть»: думал Павел, осматривая окрестности. Но найти никого не удавалось, и это скорее радовало Павла, ведь они продвинулись глубоко в болота, а свежих трупов и чудищ не встретили. Вокруг были лишь чавкающие топи, кочки, да поросшие травой тропы. Паша даже начинал подумывать, что особых причин для беспокойства у жителей крепости нет, они просто выдумали те полчища нечисти, что должны были бы обитать здесь.
Глядя в полученную от волхва карту, Паша понимал, что абсолютно ничего не понимает. Вокруг не было никаких ориентиров, а закорючки, начертанные на плотном листке бумаги, никак не походили на окружающий его пейзаж. Не было искомой рощи, ни холмов, ни деревьев. Начинало смеркаться, и Паша спрятал карту в сумку, решив полагаться на собственное чутье.
Найти хвороста для костра не удалось, пришлось разводить костер с помощью хитрого заклинания. Оно медленно стягивало болотные газы к очагу. Непривычно синий огонь тускло освещал мерцающий круг у костра, но тепла давал достаточно, чтобы согреться и высушить отсыревшие вещи.
На болотах снега не было, хоть и чувствовались крепко, особенно ночью, схватывающие землю заморозки. Но, несмотря на это, погода на болотах царила осенняя, невероятно сырая. Это было куда хуже, чем сухой морозец. Влажными пальцами, холод пробирался сквозь одежду и леденящими касаниями щупал уставшие тела, делая путешествие невыносимым.
Наутро Паша понял, что уже завтра он окончательно застудит спину и будет побежден без боя, одной лишь атмосферой болот. В подобном положении пребывали и Мигэль с Ясминой, хоть спать им было и теплее.
– Полнолуние было еще вчера, – заметил Мигэль, – Тебе не кажется, что мы выбрали неверный путь?
– Не кажется, – отрезал Паша, который и сам чувствовал неладное, но не хотел этого признать.
Мигэль промолчал, Ясмина тоже не решилась встревать со своей язвительностью, слишком сосредоточенным выглядел Паша.
«Все ведь верно, и по ощущениям и даже по этой нелепой карте, что же не так?»: думал он, стараясь разглядеть хоть какие-то различия в окружающем пейзаже. Однако уже через полчаса пути они наконец-то натолкнулись на остатки костра, выделяющиеся на местном фоне. Того самого костра, вокруг которого они грелись прошлой ночью.
– Мы ходим по кругу? – то ли действительно спрашивая, то ли утверждая, воскликнула Ясмина.
– Да, – улыбаясь, Паша посмотрел на Ясмину.
– Чего ты улыбаешься, что здесь смешного? – возмутился Мигэль.
– Теперь все понятно, – не прекращая улыбаться, ответил Павел.
– Что понятно? – Мигэль все еще не видел причин для радости.
– То, что мы ходим по кругу, – спокойно ответил Паша, – это и понятно.
Воцарилось молчание и предводитель отряда, загадочно улыбаясь, поглядывал на компаньонов, переводя взгляд то на одного, то на другого.
– Что ж, раз мы ходим по кругу, то нет смысла ходить, – Паша слез с коня, – Здесь мы устроим привал, место проверенное.
– Ты смеешься? – возмутилась Ясмина, – Может ты не долечился в тот раз?
– Нет, я не смеюсь, я собираюсь отдохнуть, и вам советую, – ответил Паша, распаковывая вещи.
Дальнейшие вопросы он игнорировал, развел костер и, наскоро перекусив, улегся спать. Мигэлю с Ясминой ничего не оставалось, как последовать его примеру, на ходу обдумывая, как лечить вновь нахлынувшее на предводителя безумие. Как только они легли, сон подкрался к ним незаметно, а они не были готовы сопротивляться Морфею.
Казалось, что все трое мирно посапывают, хоть до наступления темноты оставалось еще не менее двух часов. Но это чувство, будь там наблюдатель, быстро покинуло бы его, так как Паша тихо поднялся. На улице было холодно, но на его лбу проступил несколько капель пота, будто он не лежал в походной постели, а усердно работал.
Убедившись, что его товарищи спят, Паша принялся что-то искать в своих вещах. Вскоре на свет показалась немалая часть из Пашиного магического инвентаря, включая серебряный кинжал и дощечку для чертежей.