Алек метнулся в гардеробную, вынул с нижней полки клетчатый шерстяной плед — подарок матери, метнулся обратно, набросил его на Изабеллу. Словно скрыл улики. Плотная ткань спрятала соблазнительные до тянущей боли внизу живота изгибы её тела, и Алек вернулся в гостиную, к Лео, по-военному вытянувшемуся у порога.
— Всё нормально прошло?
— Да, всё чисто, — отчеканил Фалани. Алессандро заметил, как едва различимая тень осуждения мелькнула на его лице, смуглом, с острыми, яркими, как у всех сицилийцев, чертами. Наверное, ему показалось — Корелли ни секунды не прекращал сам себя терзать, и видел теперь своё терзание в чужих взглядах. Его поступок был далёк от обдуманного: он пошёл вслед за своей яростью, за порывом, словно в нём — в тридцатичетырёхлетнем взрослом мужчине, без пяти минут главе клана Корелли — проснулся бешеный семнадцатилетний юнец с горячей кровью. Узнал бы об этом отец… Сколько он выбил из него юной дури, готовя себе в преемники! И как удивился бы, узнав, что выбил не всю.
— Её нужно проверить на предмет отслеживающих устройств, — сказал Алек.
С Осборна станется чипировать Изабеллу, как собаку, недаром же он находил её, где бы она ни была.
— Док будет через пару минут, он её осмотрит, — ответил Лео, хмуро глядя перед собой. Он жевал губы, кончик его пальца отбивал нервную дробь по ладони. Лео порой спохватывался и снова изображал камень, но взгляд выдавал его.
— Говори, — Алек сел на диван, нарочито небрежно откинулся на подушки, почти утонул в них, плеснул себе виски. — Вижу, тебе что-то покоя не даёт.
Фалани бросил на него долгий, испытующий взгляд.
— Как долго ты собираешься держать её здесь?
— Я не собираюсь держать её здесь. Я хочу обеспечить ей безопасность, — Алек выпил. Виски обожгло горло, обдало горячими парами пищевод, разлилось теплом в желудке. Но не успокоило. Алек ровно так же, как Лео, словно в треморе отстукивал носком ботинка азбуку Морзе — получался набор слов. Мышцы окаменели, напряглись, как перед броском, по венам ещё гулял адреналин. Алек пригубил ещё глоток. Потом ещё. Изабелла Бланко спасена. Теперь она здесь. Алек с удивлением отметил, что мечтал, чёрт возьми, увидеть её в своих владениях. Пусть не при таких обстоятельствах, но так даже лучше. Жаль, что не для неё…
— Я надеюсь, ты осознаёшь все риски.
Проникновение в частные владения? Причинение лёгкого вреда здоровью? Похищение? И у кого?! У федерального прокурора Чикаго, протеже семейства Фальконе! Алек «вляпался» — так любят говорить его американские коллеги. Он прекрасно осознавал, что может повлечь за собой его поступок. Осознавал и принимал неоспоримый факт того, что за него придётся отвечать, и при этом умудриться не бросить тень бесчестия на семью. Выкрасть женщину у прокурора и друга Фальконе — дерзкий акт, ещё одна брошенная в лицо перчатка. Ведь труп Габриэле — его жены и дочери Фальконе — ещё не остыл в могиле…
Алессандро сжал челюсти, а после залпом выпил обжигающий напиток. Тепло разошлось по груди быстрее, чем обычно — так бывало, когда он нервничал или возбуждался. Наверное, сейчас он испытывал и то, и другое. Алек не успел ответить — в дверь зазвонили. Синьор Альдо — именно так, без фамилии — сухой, малорослый старичок с большой красной лысиной и курчавыми, седеющими висками вошёл в квартиру, неся перед собой кожаный, видавший виды чемоданчик. Алек помнил его с юных лет — синьор Альдо латал подстреленных «солдат» Корелли в убогих, захолустных времянках, подальше от любопытных, жадных до взяток американских копов и официальной медицины.
— Синьор Корелли, — он низко поклонился. Алек ответил ему сухим, коротким кивком головы.
— Лео, проводи синьора Альдо.
Фалани довёл его до приоткрытой двери хозяйской спальни, толкнул её. Алессандро невольно бросил внутрь взгляд. Изабелла Бланко сидела у изголовья, укутавшись в плед и поджав под себя ноги. Длинная, узкая ступня с мерцающим кристаллом на ногте большого пальца виднелась из-под него, и на тёмно-сером покрывале казалась похожей на голую кость. Без броского макияжа, без украшений и дорогих платьев она выглядела иначе — моложе. Сколько же ей лет? Надо дать распоряжение Фалани проверить всю её подноготную, странно, что Алек не додумался до этого раньше. После знакомства с этой женщиной «странно» стало слишком часто возникать в его жизни.