Определённо стоило.
— Завтра похороны моего отца, — обронил Алек. Как-то даже слишком легко, буднично, словно назвал время. Изабелла встрепенулась, оставила вино и переместилась к нему. Положила руки на грудь, посмотрела в лицо. Нигде не блеснуло: спокойствие и принятие неизбежного отражались в его синих, как озеро в штиль, глазах.
— Как ты?
— Лучше, чем думал, — он мягко улыбнулся ей, подтверждая свои слова и Изабелле на мгновение показалось, что он и в самом деле вовсе не горюет…
— Значит, теперь ты… — он больше не номер два. Это открытие вдруг поразило Изабеллу. Если Дон Руссо Корелли умер, то Алек станет полноправным главой Семьи.
— Теперь я, да, — он подтвердил её мысли, и Изабелла сникла, отвернулась. Ей снова захотелось плакать. — Что такое?
— Теперь ты станешь ещё дальше от меня…
— Это почему? — Алек подцепил её пальцами за подбородок и заставил смотреть в глаза.
— Они и раньше осуждали нас…
— Они?
Он будто бы и вправду не понимал, так искренне было его недоумение. А Изабелла помнила и взгляды Карлы в «Империал», и грязные слова Бьянки на скачках. Нет, для неё чужое осуждение никогда не станет причиной отступиться — Изабелла готова была остаться на всю жизнь в тени, лишь бы быть рядом — она переживала за Алека. Насколько хватит его пыла постоянно защищаться и отмывать свою женщину от грязи?
— Все эти Фальконе, Понтедра, Винчи… Теперь они будут следить за тобой пристальнее.
— Знаешь что? — Алек развернул её спиной к себе и обнял за плечи. — Плевать мне на их мнение.
Он пристал и потянулся рукой куда-то за помосток — там лежал его пиджак. Перед глазами у Изабеллы возникла чёрная бархатная коробочка. У неё забилось сердце и кровь прилила у щекам. Этого не может быть. Не с ней. Это было бы слишком…
— Окажешь мне честь? Станешь синьорой Корелли?
Изабелла прижала обе ладони к лицу, чтобы не разрыдаться. И закивала головой.
Парнишка Лэнс Мартин удивительно быстро шёл на поправку. Когда Алек и Джулиано приехали навестить его, Мартин уже садился в кровати, держась за бок — два сломанных ребра уже схватились, а колотая рана затягивалась безо всяких осложнений. Он оказался толковым, сговорчивым и весьма храбрым — дал видеопоказания и обещал всячески способствовать наказанию Бьянки Фальконе — лично или через её отца, через суд или самосуд, ему было не суть важно. Мартин горел за справедливость. Они были на одной стороне, а посвящать его в тонкости необходимости не было.
Алеку нравился Лэнс. То, как он вёл себя — без подобострастия и страха, даже зная, пусть и приблизительно, кто перед ним. И Алек рядом с ним казался себе свободнее и отчего-то моложе.
— Ты чего губы-то забил? На педика похож, — Алек в очередной раз беззлобно откомментировал его внешний вид. Мартин был весь в татуировках, как чёртова цветочная клумба, даже лица своего смазливо-скуластого не пожалел.
— А ты на мафиози, блин. В этих костюмчиках. Я прям «Донни Браско» смотрю. Изнутри. — Лэнс не обижался, а искромётно отбивал подачи. Чертовски уверенный в себе говнюк. И это Алеку в нём тоже нравилось.
Алек присел на стул напротив, посмотрел ему в лицо. За эту свою самоуверенность Лэнс Мартин едва жизнью не поплатился. Надо же, против дочурки Фальконе полез. Пошёл по друзьям-приятелям, по мелким бандам, вышел на тех, кто покрупнее… Прям-таки герой. Бэтмен местного разлива. А уж Бьянка… Кто мог знать, что эта глупая кукла возомнит себя «настоящей Фальконе»? Прямо-таки «Крёстная мать». Однако, стоит сказать ей спасибо. Благодаря ей Корелли выберутся из сложившегося положения с гораздо меньшими финансовыми потерями.
— Тебе работа нужна?
— Костюмчик не надену, сразу говорю, — фыркнул Мартин, но глаза его загорелись, Алек заметил это.
— А если серьёзно?
Лэнс вздохнул.
— Я сейчас на мели, босс. Из зала меня выперли. Пока восстановлюсь, клиенты разбегутся…
— Понял. Восстанавливайся. Дам твою визитку парочке знакомых дам. Они нуждаются в личном фитнес-гуру, — Алек усмехнулся одним уголком губ.
— О, класс! Только не слишком старым! — Лэнс рассмеялся, но следом скривился от боли — закололо в боку.