Данный факт его сильно воодушевил, так сильно, что ноги, ещё секунду назад трясущиеся от страха, вновь стали подчиняться, равновесие восстановилось и руки можно было убрать с поручня. Теперь он намерен положить телефон обратно в карман, как вдруг замечает, что остальные пассажиры теперь уже не просто наблюдают за ним, словно хищник оценивает жертву. Они приближаются к нему, те из них, кто сидел на местах, уже либо стояли и медленно подходили к нему, либо только вставали. «Ну и что? Всё равно скоро доедем до станции: двери откроются, и я быстро выйду». – подумал Алексей, но тут же понял, что он стоит в противоположенной от выхода на станцию стороне вагона и его единственная надежда на бесконфликтный выход из ситуации уже давно ушла последней.
Пассажиры продолжали таращиться, их и без того жуткие гремасы начала дополнять поистине ужасающая улыбка. Они были всё ближе, ещё немного, и расстояние контакта будет преодолено. Как вдруг, на весь вагон из неоткуда раздался громкий, скрипящий как плохой мел по школьной доске голос: «ПОЙЕЗД ПРИБбыЛ НА СТАНЦИиЮ НОВОКАРЧАЕВСКАЯ!!!! УВвАЖАЕМЫЕ ПасСаАЖИРЫ, БУДьТЕ ОСТОРОЖНЕЕ ПРИ ВЫХОДЕ ИЗ ВАГОНА».
Улыбка пассажиров стала ещё больше. Алексей больше не мог оставаться в этом вагоне и сразу же ринулся вперёд, как вдруг получил сильный удар в челюсть от пассажира, похожего на женщину, потом ещё удар от мужика с сумкой и ещё один, с ноги, от старика с газетой. «Обычный человек так не может, да кто же они все такие?! Что же происходит?» - подумал Лёха, падая на пол. «Падать нельзя! Стоит потерять равновесие, и я труп!» - промелькнуло у него в голове. Собрав волю в кулак, Лёха чудом остаётся на ногах, и, рефлекторно, бьёт мужика с сумкой джебом левой в лицо, после, ударом правой с разворота даёт в челюсть стоявшему сзади мужчине, после чего пытается прорваться к двери.
Пассажиры, однако, тоже не лыком шыты, и всячески пытаются удержать нашего Рэмбо мира хорроров. Руки с разных сторон то и дело хватанут Алексея то за плечо, то за запястье, кто-то из уже упавших пассажиров хватал его даже за ноги. Было тяжело, было очень тяжело, но желание жить было больше и крепче всех тех обстоятельств, что нещадно легли на плечи нашего главного героя. «Левую ногу – вперёд, правую ногу – вперёд, левую- правую, левую- правую» - так продолжалось достаточно долго. Эта мысль не покидала его голову до тех пор, пока он не добрался всё-таки до двери. Но добраться до двери вовсе не значит выйти из вагона. Ему ещё предстояло разобраться со всеми пассажирами в вагоне, потому что так просто они его явно не отпустят.
Драка продолжилась, хотя и дракой-то это назвать сложно. Это больше походило на непрерывный обмен ударами, вызванных отчаянием. Только чьим отчаянием: пассажиров или Алексея? Неизвестно. Однако, одно было известно наверняка, Алексей точно перестал жалеть о том, что, когда ему было восемь лет он записался в секцию кикбоксинга. Кто бы мог подумать, что эти три месяца (больше маленький щупленький паренёк просто не мог там пробыть, так ведь?) боли и страданий смогут спасти ему жизнь? Как бы то ни было, он держался молодцом, но их гремасы всё равно жутко пугали. Обмен ударами всё продолжался: одни падали, другие вставали, соотношение сил если менялось, то столь не значительно, что можно сказать, и не менялось вовсе.
Каким-то чудом Алексею удалось занять позицию рядом с нужной дверью. И вдруг, ему свезло ещё раз. Громкий скрепучий голос объявляет, что поезд вот-вот прибудет на следующую станцию. Теперь улыбка посетила лицо Алексея. Лица пассажиров оставались всё так же подвижны, и их эмоции распознать было весьма трудно, но наш герой уже об этом не думал. Хоть силы и были на исходе, уверенность его в себе сильно повысилась, ведь давно не занимавшийся спортом пацан смог защититься от множества противников. Он даже подумал о том, на что же всё-таки способен человек в момент опасности. Но эта мысль не задержалась в голове Алексея надолго, ведь скоро поезд остановится, и он сможет выйти.
Работа и босс его уже не сильно волновали, единственное, что его действительно волновало, так это его жизнь. Желание выжить было вложено в каждый удар, каждый блок. Теперь уже не было отчаяния: был холодный расчёт каждого действия. И это действительно помогало. То ли эти «перекошенные» стали выматываться, то ли они осознали, что они вовсе не волки, а Алексей – не овца, но их ряды знатно поредели, а наш местный Чак Норрис всё ещё находился под действием адреналина. Соотношение сил стало меняться, и это было как раз кстати, так как поезд уже почти прибыл к станции.