Нистарун болезненно переживал потерю сообщения с предками и увядание силы, питающей соплеменников. Он не мог себе представить жизни без Божьих наставлений и тесного общения с пращурами, без них будущее народа казалось ему блужданием в тёмной безгласной чаще. Поиски выхода из сложившейся ситуации ни к чему не приводили, но однажды к нему пришло посланное Богом провидение, явился одетый в белоснежные одежды старец, лицом и голосом похожий на Птирбана. Он взял его за руку, привёл к высоченной горе, показал вьющуюся по крутым склонам длинную узенькую тропинку, ведущую к стремительно вознёсшейся вершине, острие которой терялось в туманной мгле, и пояснил, что каждый, вошедший в земное тело и назвавшийся человеком, должен пройти обозреваемый им путь, взобраться на высоту, недоступную нынешнему взору и занять своё место в сени чистых лучей вечной благодати. «Там ваш дом и ваше будущее. Там Всевышний возвёл храм добродетелей человека. Сегодня люди только подошли к подножью этой горы, только приготовились к восхождению. Если им показать даже маленькую толику трудностей, ожидающих идущих, смятение может погубить их, поэтому завтрашний день всегда будет сокрыт от взора помрачённой души, но откроется душе очистившейся», – добавил старец.
Мысли Нистаруна прояснились. К нему пришло примиряющее, смягчающее, заглаживающее боль, понимание. На прощание посланник сказал:
«Сын мой! Не огорчайся неотвратимым грядущим, не печалься должным обременением, но живи тем, что обязан совершить. Чтобы смотреть сквозь время, нужно иметь кристальное сердце – не искажающее ни настоящее, ни прошлое, не вносящее в них свои культурные, логические, практические, теоретические, рассудочные, злободневные помехи, не исходящее из домысла, не излагающее ошибочные суждения, не доказывающее свою, предположительную точку зрения, но лишь внимающее и воспринимающее. Когда человек освободит собственное видение исторических событий от обманчивых наслоений, восстанут силы, идущие сквозь пространство и время, и восхитительная панорама былого раскроется желающим его прочесть и услышать. Пращуры выйдут на зов потомков и расскажут, как они жили, о чём думали, на кого надеялись, во что верили, к чему стремились, чего избегали. Нарушенная связь обязательно восстановится, очистившиеся сердца увидят мир без изменяющих действительность ядовитых примесей и возликуют – не панорамой прошлого, но перспективами будущего. Короткая жизнь не даёт человеку возможности заглянуть в грядущее, но – будь уверен, наступит день, и узришь истинное сияние солнца.»
Попрощавшись с вестником, Нистарун поблагодарив Бога за поддержку и приободрился – негоже унывать, если с тобой говорит Всевышний. Теперь он точно знает, что источник душевных перемен проистекает из незаметной, ни на миг не прекращающейся работы третьей стороны, подминающей под себя сокровеннейшие основы человеческой души, накатывающей на дорогие сердцу образы, в результате чего они тускнеют и отступают, а на их место в сознание активно внедряются чуждые человеку понятия, создающие благоприятную для этих деятелей атмосферу расплывчатых истин. Деятелям нельзя отказать ни в прозорливости, ни в расчётливости – в самом начале, ещё до того, как приступить к исполнению намеченного, они предусмотрительно набросили на людей покров бесчувственности, который в будущем позволит им действовать в полую мощь, совершать отвратительнейшие дела, оставаясь незамеченными.
Глава II
Старшего сына Арминдуг и Свидамиль нарекли Мгурталом, младшего Шиданаром. Они оба росли крепкими атлантами, одинаково выделяясь среди сверстников ростом, сноровкой и физической силой, но отличаясь характерами – если Шиданар с детства был послушным, спокойным ребёнком, то Мгуртал доставлял хлопоты за себя и за брата. Всё, к чему прикасались его руки или очень теряло в ценности, или пропадало – сгорало, ломалось, крошилось, разрывалось, разбивалось, и нельзя сказать, что он нарочно портил необходимые в хозяйстве предметы – совсем нет, просто Мгурталу очень нравился сам процесс, а так, как уничтожение всегда совершается гораздо быстрее созидания – к тому же, ему не нужно учиться, он делал то, что получалось лучше всего и приносило удовольствие. Родители ничего не могли с ним поделать и относились к нему, как к стихийному бедствию. С горем пополам они дотерпели до семи лет и порешили направить юную активность в надлежащее русло – Арминдуг стал обучать сына уходу за козами. Мгуртал помогал отцу с удовольствием, утром выгонял коз из загона, днём бегал за отбившимися от стада, учился направлять их куда требуется, понимать козий язык, чинить ограду, мастерить снаряжение. А Шиданар до десяти лет сидел возле матери – ходил с ней на работы, обрабатывал домашние грядки, ухаживал за садовыми деревьями, приносил, уносил, чистил, убирал всё, что она ему велела.