Мдарахар встревоженно гудел, то тут, то там на его улицах собирались кучки односельчан, обсуждали последние события, высказывали соображения, делились предположениями, расходились и опять сходились, в другом месте, в другом составе, но с прежними темами разговоров, без устали вновь и вновь обговаривая тревожные новости, и единственным, что отчётливо звучало в этих беседах, выделяясь на фоне туманных догадок и предположений, было выражение ощущения неизвестной по происхождению большой по значимости потери, ощущение, что где-то случилось что-то ужасное, и эта неизвестность действовала на мдарахарцев особенно устрашающе.
Прошедшую ночь Свидамиль перенесла тяжело. С момента, когда ей стало известно о пропаже сына, и до сегодняшнего утра, она не находила себе места, тщетно силясь представить, что могло быть причиной его отсутствия. В голове переворачивались ворохи мыслей о громадных крылатых чудовищах и их страшных спутниках, огромных стаях кровожадных волков, а душу глодал неразрешимый вопрос: неужели её сын, вместе со стадом коз, стал первой жертвой ненасытных тварей? Она отгоняла скверные мысли, убеждая себя в том, что звери не могли прийти и уйти незамеченными – кто-то бы обязательно их увидел. Довод казался убедительным, на короткое время сердечная боль отступала, затем вставал следующий вопрос: если не звери, то кто? На этот вопрос ответы отсутствовали, взор невольно обращался к Амдилазу и ползущей по Мдарахару молве о странном стечении обстоятельств, в душу закрадывались тревоги, подозрения, догадки, опасения, она пыталась переключиться на текущие дела по дому, но к ней тихой поступью подбирались знакомые мысли о драконах и пускались по протоптанной дорожке.
Возвращение Мгуртала первыми заметили играющие на поле дети:
– Мгуртал идёт! Мгуртал вернулся! – громко закричали они, указывая пальцами на появившееся вдали стадо и хромавшего за ним пастуха.
Услышав о возвращении сына, Свидамиль выскочила в поле, надеясь встретить его невредимым и развеять бередившие душу тревоги. Стадо приближалось. Козы узнали родные пенаты и бежали трусцой, блея радостным нестройным хором, а за ними, едва поспевая, ковылял Мгуртал. Свидамиль поспешила ему навстречу, но далеко впереди неё, быстро приближаясь к стаду, шли жреческие посыльные и пастухи. Она увидела, как его остановили, вероятно, что-то сказали, обступили с трёх сторон и повели в деревню, а пришедшие ему на смену два пастуха стали поворачивать стадо в сторону временного постоя, откуда они вчера вышли. Мимо Свидамиль прошла вереница женщин с покачивающимися на спинах в такт ходьбе молочными мехами. Встретившись с Мгурталом и посыльными, они сошли с тропинки, пропустили их, вернулись обратно и пошли за стадом.
Мгуртал не понимал, почему посыльные встретили его далеко в поле, обступили и ведут к старейшинам, по какой причине у деревни собралась толпа глазеющих на него сородичей. Увидев мать, он с удивлением посмотрел на её грустное лицо, но ничего не спросил и не сказал, Свидамиль также промолчала. Происходящее не давало возможности поговорить, а ей очень хотелось узнать, почему он отсутствовал дома, по какой причине и где всё это время пропадал – сердца матери болело от одной мысли, что родной сын мог быть причиной страшного преступления, кровавым пятном нависшего над её седеющей головой.
Всю дорогу жреческие посыльные молчали, не смея вторгаться в область, выходящую за пределы их прав и познаний, безмолвствовал и Мгуртал, не считая нужным задавать лишние вопросы. В деревне чувство голода стало мучить его ещё сильнее, но он терпел, покорно следуя с посыльными и зная – так или иначе, эта задержка будет недолгой.
Чтобы войти внутрь дома хранителя преданий, Мгурталу пришлось пригнуться – устроители входного проёма не предполагали, что в него будут входить люди такого роста. Провожатые ввели его в светлицу и вышли. Присутствующие поприветствовали гостя вставанием, Нистарун спросил, как он себя чувствует, усадил на своё место, встал напротив и объяснил:
– Пусть Мгуртал не удивляется, что посыльные наказали ему идти к Нистаруну. Вчера в деревне произошло в одночасье ужасное и непонятное событие – смотритель посевов нашёл Амдилаза мёртвым. Он лежал у дальнего поля, граничащего с временным козьим постоем. Зная, что ты выпасал там коз, мы искали тебя, чтобы спросить – может быть, ты кого-то видел, либо слышал какие-то звуки?