— Олег Александрович, я отношусь к одной из младших ветвей Ухтомских и являюсь просто дворянкой. Мой папа является городничим Арзамаса. Я же закончила лекарский факультет, но практического опыта лечения почти не имею, если не считать обязательную практику во время учебы и несложные случаи заболеваний моих домашних и прислуги в Арзамасе.
— Ванда Гамаюновна, но что привело вас в нашу глушь. Тем более, что в нынешнее, весьма непростое время, когда судьба княжества висит на волоске. Или вы не интересуетесь политикой и не читаете газет?
— Отчего же, Олег Александрович. — улыбнулась собеседница, делая маленький глоток из фарфоровой чашки: — Я барышня прогрессивная, газеты читаю, кроме того, общественное мнение в Империи весьма часто обсуждают ваш дерзкий поступок и последующие за ним действия, которые, по мнению многих граничат с разбоем и бесчестием. Вы, по мнению определенных кругов в свете, просто новый Рог Добрый.
Рог Добрый в местном мире был легендарным разбойником, который, будучи выходцем из княжеского рода, триста лет назад поднял восстание против центральной власти и долго бурогозил на Волге, успешно грабя богатых и часть награбленного раздавая бедным. Когда царские войска стали обкладывать благородного разбойника в Астраханских плавнях, он захватил военные транспорты империи и отбыл на юг, увозя с собой свои несметные богатства. По пути разграбив Баку, этот добрый человек захватил караван, что вез персидскую процессу в Багдад на ее собственную свадьбу, под видом евнухов провел своих людей во дворец шаха и вырезав всю, собравшуюся на пир, знать, сам женился на шахском гареме, после чего добрый десяток лет правил Междуречьем, пока не был отравлен одной из многочисленных жён.
— Ну, о слухи при дворе его императорского величества я хотел бы обсудить с вами позже. У нас, как всегда, очередной аврал и военный поход внезапно образовался. Но, вы не ответили…
— Прошу прощения, ваша светлость. Если коротко, то я сбежала из-под венца. Папенька мой весьма неаккуратен в денежных делах и был склонен решить свои проблемы, выдав замуж за семидесятилетнего князя Курского. И вот я здесь…
Я задумался. Девушка, сняв бесформенный пыльник и платок, коренным образом, преобразилась. Черные, цвета вороньего крыла, густые волосы, тонкие черты лица, большие глаза изумрудного цвета и пухлые губы демонстрировали сотни лет строгого отбора, присущего высшей аристократии Империи. Тонкие руки, осиная талия и весьма аппетитные формы во всех положенных местах — я очень понимал князя Курского, который и в семьдесят лет желал обладать таким сокровищем.
Я мотнул головой, отгоняя ненужные мысли — у меня две войны на носу, а я о бабах…
— Ванда Гамаюновна, вы поставили меня перед весьма нелегким выбором. Доктор в княжестве имеется. Титулярный советник Корнев Витослав Жданович, хотя и зрелый мужчина, но еще весьма бодр и деятелен, совместно с двумя фельдшерами он со своими обязанностями справляется. Я, конечно, хотел бы иметь врачей в каждом своем поселке, а их у меня три, но они весьма отдалены от Покровска, да и жизнь там для юной барышни вашего положения будет весьма скучной. А вот кто мне нужен здесь и сейчас, так это министр пропаганды и агитации. Название рабочее, при необходимости, наименование должности можно поменять на что-то более благозвучное. Видите ли, Ванда Гамаюновна, жизнь в княжестве Булатовском весьма трудна и сурова, да еще и неудачное сражение с британскими магами повергло армию и обывателей в некое смущение. Люди, во всяком случае часть из них, несколько подавлены, многие склоняются к переезду в Империю, хотя в бытовом плане для работного люда здесь созданы весьма комфортные условия. Мне этими вопросами заниматься некогда, на мне висит армия и, отчасти, экономика, которые надо выводить из глубокой жо… ямы. Мне нужен человек творческий, с незашоренным мышлением, который сможет изменить общественное мнение всех слоев населения, от негатива к устойчивому позитиву. То есть, везде должна звучать бравурная и патриотичная музыка, каждое событие в жизни княжества должно доводиться через призму, что мы молодцы и всех порвем, а тот, кто так не считает, они дураки и тупые бестолочи. В общем, каждый день жить становиться лучше, жить становиться веселее.
— Вы хоть что-то поняли? — с надеждой спросил я, заканчивая свой эмоциональный спич.
— Да, я вас прекрасно поняла. — энергично кивнула барышня, тряхнув аккуратной челкой.
— И вас что-то заинтересовало? — осторожно поинтересовался я.
— Да. Я склонна выбрать вторую должность — министра хорошего настроения. — жизнерадостно улыбнулась девушка.