Похмельные и непроснувшиеся степные воины, кое как вооружившись, бросились в сторону луга, чтобы найти своих коней, но, на узкой улочке, на выходе из поселка попали под перекрестный огонь дожидавшихся их, второго эскадрона.
Несколько залпов в густую толпу ошеломили воинов хана Бакра, а короткая схватка с ощетинившимся штыками-ятаганами, плотным строем русских, доказала, что степной боец без коня, с одной только саблей, стоит немного. Короткая рукопашная схватка, и воины степи растворились по окрестным садам и огородам, пользуясь утренним туманом.
А дальше командир второго эскадрона совершил то, за что тут-же был произведен в следующее звание — он погнал свой маленький отряд бегом к домам, где квартировали две вражеские сотни и, оказавшись там первым, доказал, что не стоит воину бежать, спасать своих коней, прихватив с собой лишь саблю — в современной войне это чревато печальными последствиями даже для самого лихого наездника.
Захватив больше двух сотен ружей, винтовок и пистолетов, седла, уздечки, хурджуны с вещами, запасы пороха и пуль, доспехи и прочее военное добро, что неосмотрительно оставили степняки в своем расположении, под охраной всего десятка часовых, зауряд-прапорщик, а ныне подпоручик Быстров Семён Парамонович легко отбил неорганизованные атаки пеших степняков, после чего захватив амбары с запертыми крестьянами и прочим, полоненным степняками, людом, наскоро организовал ополчение, раздав добровольцам оружие, после чего, оставив заслоны, охранять трофеи и женщин с детьми, повел свое воинство на луга, ловить и отбивать конский состав у басурман.
Возбужденный Галкин пытался мне объяснить, как, при помощи велосипедов и длинных веревок солдаты хомутали лошадей, но я, извинившись, прервал его.
— Иван Лукич, все молодцы, все герои, но всё потом. Мы сделали больше, чем мы могли рассчитывать, но сейчас надо удержать то, что мы захватили и, как можно быстрее, налаживать контакт с местным князем, потому что наших сил для победы над ханом категорически не хватает. Есть поближе к городу место, где мы сможем спустить на воду какое-то корыто, чтобы я мог доплыть до пристани Зайсана?
Как я и предполагал, с лодками, стругами, ботиками и прочими пароходами была одна большая зад…проблема. Как обороняющиеся, так и осаждающие, захватили все, имеющиеся в окрестностях, малые суда, не оставив для меня даже утлой плоскодонки. Вернее, три плоскодонки, с гнилыми бортами и пробитыми топорами днищами мои разведчики на берегу нашли, но даже при моих магически-бытовых способностях к ремонту и упрочению материалов, я не рискнул выходить на этих развалинах на простор озера.
— Делаем плот. — принял я управленческое решение: — Снимаем двери в домах, скрепляем их досками из дома старосты и спускаем в воду. Со мной поплывут три человека, надо снабдить их шестами и веслами.
Местом нашего военно-речного мародерства стала небольшая рыбачья деревенька, выглядевшая вымершей и располагавшаяся примерно в семи верстах от столицы княжества.
Попытки пробиться к ставке местного князя по суше не увенчались успехом — городок окружали многочисленные сады, в которых засели умелые и многочисленные бойцы хана Бакра. Потеряв несколько раненых при попытке углубиться по узким улочкам пригородного поселка и с трудом отбив контратаку воодушевившихся нашими потерями, степняков, я отвел свой отряд на открытое место, под прикрытие трофейных пушек.
Его светлость князь предполагает, а законы физики располагают. Когда я, как капитан корабля, торжественно вступил на борт броненосца береговой обороны «Плот-1», под моей ногой что-то булькнуло и наше деревянное судно чуть-чуть ушло под воду.
— Иван Лукич, еще двери, доски есть? — крикнул я, замершему на берегу, командиру полка, на что он печально помотал головой — деревенька рыбаков была маленькая, доски были сняты с пола в самом большом доме поселения, остальные жители довольствовались земляным полом, соответственно крепить дополнительные двери было не к чему.