Среди всего этого хаоса, в центре огромной пентаграммы, выложенной серебряным контуром по бетонному полу, разумеется, непременный чугунный котел, а в нем, конечно, что-то булькает. Позади котла стоит и сам организатор безобразного безумия и читает вслух из Книги мертвых. Каждое слово зримым символом обозначается в воздухе и падает в котел, рождая крошечные радужные вспышки. Алхимик предстал нам точно таким же, как тогда в Главной тюрьме, разве что без седины и без смокинга.
— «Авраам Линкольн»! — гаркнул я. — «Максимум»!
И команда задействовала все, чем только располагала. Тщетно: ни боевое, ни магическое оружие не проникало за светящийся щит, возведенный этим врагом человечества по периметру пентаграммы. От пола до потолка мы напрасно искали со всех сторон уязвимое местечко, хоть какую-нибудь прореху, — пули отскакивали рикошетом, круша все, что еще осталось целым.
— Пол! — воскликнула Джессика.
Попытались прорыть подкоп, но пентаграмма выдержала, не подпустила… Серебристый контур явно изготовлен из драгоценного сплава, секрет которого безвозвратно утерян. Проклятие! Должен же быть какой-то способ остановить невиданного мерзавца! «Заклинание смерти»? «Землетрясение»? «Аудиторская проверка»? Ничуть, казалось, не потревоженный нашей «суетой вокруг дивана» и «всяческой суетой», он продолжал свою мелодекламацию, время от времени подкрепляя ее нарочито величественными жестами и торжественно выливая в котел содержимое знакомых нам крошечных разноцветных флакончиков, вынимая их из накинутого кимоно. В подвале поднялся какой-то зловещий ветер. Я почувствовал, как на коже, пощипывая, скапливается статическое электричество. И темные очки не надо надевать: перед нами черная магия экстракласса, абсолютное, тотальное зло. Рауль вдруг стал бешено чесаться; потом открутил крышку флакона с каламиновой жидкостью и вылил себе на кожу.
— Ну, скоро он разделается с этим «Заклинанием Верховного мага»? — Нетерпеливый Джордж все покушался на жизнь Алхимика беспорядочными выстрелами.
— Ноу! Ниет! — отчаянно заголосила вдруг Тина.
От удивления я выронил патронташ.
— Это не «Заклинание Верховного мага»?
— Ниет!
— Тогда что же это? — не на шутку взволновалась Джессика.
Рауль тяжело сглотнул.
— «Большой дренаж».
Я похолодел. Господи, нет, только не это!.. Это куда страшнее «Заклинания Верховного мага»! «Большой дренаж» — безумная, преступная попытка напряжением злобной силы вытянуть магию из всех уголков и закоулков планеты — как пылесосом вытягивают пыль — и сосредоточить в одном живом существе… С «Заклинанием Верховного мага» еще можно побороться — однажды уже пробовали. Но если сработает «Большой дренаж», у человечества не останется магии даже на то, чтобы зажечь свечку в Аду, — оно окажется совершенно беспомощным, Алхимик сделает с ним все, что ему заблагорассудится… От одной мысли об этом бесноватом в роли правителя планеты кровь стынет в жилах…
Над котлом возникло синеватое завихрение — злобное силовое поле; клубы то ли тумана, то ли дыма заволокли пол; ветер засвистал и превратился в вихрь; засверкали молнии.
— Сколько у нас времени? — Донахью с самыми серьезными намерениями запихивал в гранатомет новые снаряды.
— Одна минута! — Рауль кричал, иначе уже не слышно…
Русская чародейка предпочла выразительный жест — провела ребром ладони по горлу. Да, попали мы в переплет…
— Ладно, стреляйте! — приказал я.
Снаряды ударялись о магический барьер и отскакивали, не оставляя следов. Стрелы превращались в щепки. Плавиковая кислота, MSG, DMSO, жидкий азот потоками налетали на пентаграмму, однако смерть нашего и всепланетного врага по-прежнему оставалась мечтой.
— Умри!! — возопила Джессика, сжав кулачками виски.
Поразительно — фигура у котла и впрямь пошатнулась… нет, устоял на ногах, продолжает чтение. А моя Джесс обмякла и, задыхаясь, сползла на пол. Она сделала все, что могла…
Тем временем Алхимик вдвое увеличился в размерах… Котел медленно опустился, врос в пол… Из этой разверстой купели полились, питая мерзавца, необузданные потоки неземной энергии. С каждой искрометной вспышкой ширилась его оскаленная улыбка; пакостный, ложномногозначительный голос звучал все громче, все увереннее. Еще немного — и он высосет драгоценные соки Матери-Земли, а дальше… дальше окончательная победа этого воплощения зла и над монстрами… и над людьми!