Стараясь восстановить порядок в своих рядах, уцелевшие мотоциклисты обстреляли тыл РВ из автоматических пистолетов. Минди послала еще три огненные птички, — покинув свое гнездо, они завершили разрушительную работу на шоссе. Тут же разорвались за нами пущенные явно на скорую руку, ненацеленные ракеты — гейзером взвилось пламя, куски бетона полетели в небо… Далеко впереди удирающие машины все это только слышали… Им-то хорошо!
Еще несколько выстрелов — и противник нам ответил: они угодили прямо в грузовой отсек с ракетами, что на крыше фургона. Летучий груз запасных ракет взорвался — громовой удар над нашими головами… Грузовой отсек разлетелся на миллионы осколков, крошечные частицы вместе с пламенем пробили броню в потолке и проникли внутрь. Встроенные в стены и в спинки сидений автоматические огнетушители выпустили пену — и огненный ковер мгновенно сник. Задыхаясь и кашляя от ядовитого дыма, я все же ухитрился катапультировать остатки ракет — они с грохотом врезались в шоссе. Повсюду дзинькала горячая шрапнель… И среди этого кромешного ада нахально колесили лохматые мотоциклисты… Отцу Донахью, видимо, надоело все это представление. Он взял что-то у Джорджа и кинул это что-то за окно с криком:
— Отыщи их, мой мальчик!
Амиго! Пробуравив воздух, крошечный ящер ударился об асфальт и рикошетом отлетел прямо в искромсанный взрывом ракетный отсек. Добрая половина волосатиков, издавая победные вопли, успела уже покинуть поле боя, когда из ревущего пламени возникла гигантская рептилия — малютка дракон принял свое истинное обличье. «Прекрасное дитя» распростерло радужные крылья, отряхиваясь от горячей металлической пыли, и с боевым кличем, вытянув страшные кривые когти, устремилось прямо к триумфаторам. Молниеносно настигнув их, Амиго вырвал шестерых молодцов из седел и кинул в свою разинутую пасть…
Охваченные ужасом, уцелевшие оборотни бросились врассыпную, подальше от смертоносных когтей нашего дракоши, — храбрецы улепетывали от разъяренного ящера со скоростью не меньше сто пятьдесят миль в час. Сделав легонький огненный выдох, Амиго в своем ребяческом гневе пустил им вдогонку сноп пламени, способного сжигать камни… Неплохая охота, ничего не скажешь!
Вентиляторы героически сражались за очистку воздуха. Оборотни где-то вдали перегруппировались и послали вслед нам парочку ракет, разорвавшихся впереди РВ. Корпус заволокло отвратительным дымом, и мы поплыли в этом отравляющем тумане…
— Нервно-паралитический газ! — Джордж уставился на шкалу прибора, где появилась красная линия.
Я взглянул на проломленный потолок — только скорость спасала фургон от проникновения смертоносного газа. Минди Дженнингс медленно отвела руку от задвижки окна.
— Так… значит, нельзя открыть окна и бойницы… Стрелять… стрелять нельзя!
— Так точно, барышня!
Джорджу явно придется расплачиваться за эту «барышню», взятую напрокат у отца Донахью, — такое у Коротышки стало лицо. Если, конечно, мы выживем, а это вызывало сомнения. Волосатые умники взялись за дело всерьез: не выпустить нас живыми — вот чего они желали; а пуще всего — запустить свои когти в ту информацию, которую мы везли в Бюро. Наша организация для них — единственный сдерживающий фактор.
— Эд, что будем делать? — встревожился Рауль: стена из непробиваемого стекла для мага помеха, ему такой заслон не прошибить.
Донахью открыл шлюз в днище фургона, высвободил жидкое масло, на шоссе посыпались острые гвозди. Нет, для лихих мотооборотней это даже не булавочный укол…
— Во-первых, 04! — объявил я (это «Основательная чистка») и, вытащив обыкновенную зажигалку, засунул палец в дырку — ни один человек в здравом рассудке совать туда пальцы не станет.
Отпечатки совпали, и на приборном щитке отодвинулась малюсенькая панель, дав мне возможность набрать входной код. На мини-экранчике компьютера вспыхнул мой запрос о дополнительных полномочиях; мой «ЭВМчик» задал несколько шифрованных вопросов и, получив ответы, тоненько загудел: можно!
Вздохнув, я откинулся на спинку сиденья… Итак, все данные, содержащиеся в компьютере фургона, стерты и заменены Полным собранием сочинений Оскара Уайльда (мой любимый писатель). Потом и эти записи будут стерты, дискеты расплавлены и изрезаны на мелкие кусочки. Попробуйте-ка восстановите первоначальные записи, вы, мохнатые подонки! (Между прочим, наш РВ беспрерывно обстреливается градом бронебойных пуль, но броня невредима, — еще одно очко в пользу Технической службы.)