Ромео: Охренеть. Это жесть. Бедный Бифкейк. Нужно что-то?
Ривер: Сочувствую, бро. Если что нужно — скажи, привезу.
Хейс: Я сегодня в пожарной части, но завтра выходной. Могу заскочить.
Кинг: Ты же знаешь, как я отношусь к блевотине. У меня очень нежный желудок. Но ради Бифкейка справлюсь.
Ривер: Как ты собираешься заводить детей с такой чувствительностью?
Кинг: Ты издеваешься? Я уже готов сделать своей девушке дюжину малышей.
Хейс: Пошел ты, Кинг. Я же просил — не пиши такое в общий чат.
Я расхохотался. Кингстон обожал бесить Хейса, и, признаюсь, мне это доставляло удовольствие. Раздался стук в дверь, и я отложил телефон, пошел открывать.
Когда распахнул дверь, то увидел, как соседка торопливо уходит с крыльца. На ступеньках стояли упаковка Gatorade и коробка крекеров.
— Эй, ты что делаешь? — спросил я. Она обернулась, глаза расширились, будто я поймал ее с рукой в банке с печеньем.
— Ой. Привет. Я просто хотела оставить это у тебя на крыльце, — сказала она, повернувшись ко мне лицом. Но смотрел я уже не на напитки.
На ней была белая майка и короткие пижамные шорты.
Лунный свет обрисовывал ее силуэт, и она казалась почти нереальной.
Она провела языком по пухлой нижней губе, и мой член мгновенно отозвался, будто сам по себе.
Я не упустил, как ее взгляд скользнул по моей обнаженной груди, прежде чем снова встретиться с моим.
— Я слышала, тебе это может понадобиться.
Это было далеко не единственное, в чем я нуждался.
8
Эмерсон
Жизнь в маленьких городках была странным образом сложной. С одной стороны, в ней была легкость — ты жил среди людей, которые знали тебя всю жизнь.
Ты чувствовала себя в безопасности.
Под защитой.
Все присматривали друг за другом.
Это было совсем не похоже на жизнь в городе. Вечная спешка, суета. Толпы людей, сталкивающиеся на улицах. Постоянный шум, гудки, крики — ты всегда была окружена звуками.
Поэтому, когда доктор Долби позвонил мне поздно вечером — я уже приняла ванну и устроилась на диване с новой книгой, купленной в самом милом книжном магазинчике под названием Love Ever After, — я не ожидала ничего подобного. Он спросил, есть ли у меня дома Gatorade, если Катлер вдруг проснется ночью, и это, без сомнения, было что-то из жизни маленького городка.
В городе такого не случается.
Там заказывают все через DoorDash или Uber Eats. Или в крайнем случае — Amazon Prime. Еда, напитки, лекарства — все доставят за час. Там не полагаются на доброту соседей, потому что почти никто друг друга не знает.
Но что я могла сказать? «Нет»? Конечно же нет. Я всегда была готова ко всему.
Рвота и недомогание?
— У меня целый запас напитков для восстановления водного баланса.
Головные боли?
— Таблетки от мигрени и шоколад под рукой.
Критические дни?
— Тампоны и прокладки в изобилии.
Одежда на любую погоду?
— Всегда. Я всегда была такой. Конечно, у меня завалялось несколько бутылок Gatorade.
Это моя работа, в конце концов.
Но была ли я готова снова увидеть Нэша с обнаженной грудью? Увидеть поближе ту самую V-линию, уходящую вниз к дорожке счастья?
Черта с два.
Мой бывший жених был в отличной форме, но даже он не выглядел так. Нэш был олицетворением мужественности. Сильный, настоящий… до нелепости сексуальный.
Так хорошо выглядеть — должно быть вне закона.
Коллин тоже усердно занимался спортом, только вот все его тело было гладко выбрито, ни одного волоска. И он обожал позировать перед зеркалом, играя мускулами. Совсем другой тип. К тому же, наша сексуальная жизнь в последние месяцы была… мягко говоря, убогой. Теперь все стало на свои места.
Какой аппетит мог быть у жениха к своей невесте, если он параллельно трахал ее подружку?
Вся картина вдруг сложилась в целое.
— Все в порядке? — спросил он с легкой усмешкой, облокотившись на косяк. Одна рука поднята, пресс на виду, на лице — дьявольская ухмылка.
Я резко подняла глаза, осознав, что уставилась на него.
— В порядке? Конечно, я в порядке. Почему я должна быть не в порядке? А ты в порядке? Это у тебя больной ребенок. А я — просто соседка, спокойно проводящая вечер дома. Все хорошо. Нет, все отлично.
Господи, останови меня.
Вот что со мной происходило, когда я нервничала. Я начинала нести ерунду. Это всегда раздражало Коллина. Он говорил, что из-за этого я выгляжу глупо и непрофессионально. Однажды я, по его словам, опозорила его на корпоративном ужине, и с тех пор он не уставал напоминать об этом каждый раз, когда мы выходили с его друзьями. Он всегда повторял одно и то же: