Я тяжело выдохнул, и Эмерсон резко поднялась, села:
— Ой, привет. Мы сейчас уйдем. Простите, что так испортила вам утро, — она вскочила, щелкнула пальцами, и, о чудо, собака послушалась. — Винни, пошли.
— Катлер, одевайся. Пойдем чинить забор у доктора Чедвик.
Он аж подпрыгнул, от радости, и побежал чистить зубы.
— Что? Нет! Мне не нужно, чтобы вы чинили забор, — быстро сказала она, пытаясь пройти мимо, но остановилась, когда ее грудь уперлась в мою.
Я не отступил.
— Послушай, я хочу починить забор. Считай, это мой подарок на новоселье.
Она прищурилась, покачала головой:
— Не нужно. Я и сама справлюсь.
— Ты вытащила нас из кровати слишком рано в субботу. А твоя псина ворвалась в мой дом. Я хочу быть уверен, что такого больше не будет. И, может, я тебе просто не доверяю справиться с этим, — ухмыльнулся я. Полусерьезно, но отказа не принимал.
— Ладно. Только, может, ты уберешь свое тело из дверного проема, чтобы я могла вернуться и разгрузить вещи? — уголки ее губ чуть дернулись, а я заметил веснушки на носу.
Я кивнул и отступил:
— Эй, Чедвик.
Она обернулась, Винни следом:
— Что?
— Пока они носят вещи, оставь открытыми входную и заднюю двери, ладно?
Она долго смотрела на меня:
— Ты вообще в курсе, что я из большого города? Я отлично справляюсь сама.
— Не можешь просто сделать, как я прошу?
— Ладно, — фыркнула она. — Все двери будут открыты, ваше величество.
Я рассмеялся, пока она вылетала из моего дома.
— Пошли, Катлер! — крикнул я в коридор, и еле сдержал смех, когда он вышел.
Он был в джинсах, белой футболке и с коричневым кожаным поясом с инструментами, который я подарил ему на Рождество. На носу — золотые авиаторы, волосы зализаны назад гелем, будто каска.
— Мне нравится доктор Эмерсон, Пап. А Винни — вообще умора.
— Они тут ненадолго, так что особо не привязывайся. Она всего на пару месяцев, — я протянул ему банан и батончик. — Перекусишь, пока я буду работать.
— А я буду помогать, потому что доктор Эмерсон теперь моя девочка.
Я хмыкнул, остановившись у пикапа, чтобы взять ящик с инструментами, и мы направились к соседнему дому. На выходе из ее дома как раз шли те два придурка. Я поднял пилу и, встретившись с ними взглядом, указал двумя пальцами сначала на свои глаза, потом — на них.
Я за вами слежу, ублюдки.
Когда мы вышли в задний двор, я поднял голову и заметил Эмерсон, наблюдающую за нами с крыльца. Она закатила глаза.
— Ты, случайно, не из пещеры выбрался? — пробурчала она так, чтобы услышал только я. Катлер тем временем бегал по участку с ее псиной.
— Слышал и похуже.
Я прошел мимо нее и направился к огражденной части двора, поставил ящик с инструментами и пилу — хотя она тут и не понадобилась, но я специально взял ее, чтобы произвести впечатление на тех двоих.
Я хмыкнул, глядя на часть забора, которую Винни, по сути, снесла. Участки здесь не огорожены, потому что все выходят к озеру, и никто не хочет портить вид. Но у некоторых были небольшие вольеры сбоку — их Холлы поставили ещё много лет назад. Просто с тех пор все заросло и осыпалось.
— Спасибо, что делаешь это, — сказала она, подходя ближе.
— Это по-соседски, — отозвался я, взяв в руки молоток.
— Ну тогда спасибо, сосед. Если что — зови. Помогу.
— У нас все есть. Только не забудь про двери, ладно?
Я услышал, как она пробормотала что-то насчет того, что я пещерный человек, а потом уже совсем другим тоном сказала что-то ласковое Катлеру, когда тот подбежал ко мне.
Эмерсон скрылась в доме, а ее бешеная псина улеглась прямо между мной и забором — здоровенная заноза в заднице, вот кто она.
Катлер уселся рядом с ней, достал банан и начал есть.
— Мне нравится, что кто-то теперь живет рядом с нами. А тебе?
— Мне больше по душе тишина. Так что, по правде говоря, меня все устраивало, когда дом был пуст, — ответил я, забивая в землю подпорки из своего ящика с инструментами.
— Хейтеры будут хейтить, — с умным видом выдал мой мелкий.
— Кто тебя этому научил?
— Дядя Кинг, — ответил он сквозь смех.
— Слушай, то, что мне не нравится, когда меня поднимают в такую рань и по дому носится лошадь-собака, еще не делает из меня хейтера.
— А мне кажется, ты просто притворяешься, что любишь тишину. На самом деле тебе нравится, что у нас новый сосед, как и мне, Пап.
Я закатил глаза и продолжил работать.
Но, черт побери, он был прав. Возможно, мне это даже немного нравилось.
4
Эмерсон