На просмотр кассовой ленты девушке потребовалось всего несколько секунд. — Вот, — пробормотала она себе под нос, — здесь тридцать семь центов… — и, уже обращаясь к Джуди, заявила: — Нет, все правильно. С вас пятнадцать девяносто.
Сьюзен возилась с пластиковым пакетом, куда хотела положить яблоки. Целлофановые бока слиплись, и она яростно пыталась разлепить их, растирая между большим и указательным пальцами.
— А про молоко вы не забыли? — спросила Джуди кассиршу. — Я совершенно уверена, что-то вы упустили.
— Нет, мэм. Как раз молоко посчитала первым.
Джуди достала кошелек и со вздохом принялась рассматривать его содержимое.
— Извините, что я тороплю вас, мэм, — промолвила кассирша. — Но сегодня суббота, столько народу… Нельзя ли побыстрее?
Сьюзен закончила укладывать покупки, помахала на прощание рукой и направилась к выходу.
Почувствовав себя в безопасности, Джуди облегченно вздохнула и весьма любезно ответила:
— Прошу прощения, мисс. Вот, пожалуйста, — она протянула две книжечки, десятидолларовую и пятидолларовую. По правилам отрывать купоны полагалось служащему магазина, а покупатель был обязан предъявлять вместе с ними удостоверение личности.
— Что это вы мне даете?
— Продовольственные талоны. У меня больше ничего нет, — тихонько ответила Джуди.
— Не знаю, что с ними делать, — пробормотала девушка. — Я новенькая, только недавно начала работать с наличными. — Эй, Джин! — крикнула она, повысив голос, чтобы перекрыть шум девяти кассовых аппаратов. — Джин, эта леди говорит, что у нее только продовольственные талоны. Как мне быть?
— Знаю, знаю, — еще громче закричала в ответ Джин. — Она подходила ко мне: это я ее к тебе и послала. У меня не было сдачи в талонах. Проверь свою кассу, может, у тебя найдется?
Сьюзен уже подошла к автоматически распахнувшейся, готовой выпустить ее двери, но неожиданно задержалась на пороге, потом сделала несколько шагов назад, к только что оставленному прилавку и застыла там как вкопанная.
Джуди увидела, что Сьюзен смотрит на нее. Ей казалось, что на нее глазеет весь супермаркет. Прервать громкий диалог кассирш не имелось ни малейшей возможности. Лицо ее залилось краской, руки вспотели.
— Да я не знаю, какие они с виду, эти талоны.
— Смешные такие, похожи на деньги, но поменьше настоящих. Десятки красные, пятерки коричневые, а которые по доллару, те зеленые. Взгляни, есть у тебя такие?
— Нет, ничего похожего, — донеслось в ответ.
— Сирин, как у тебя насчет талонов? — крикнула на весь магазин кассирша постарше, — тут у четвертой кассы стоит женщина, которая может расплатиться только этими фантиками.
Джуди показалось, что она услышала, как со щелчком выдвинулся денежный ящик очередной кассы.
— У меня пусто, — послышалось спустя мгновение.
— Эй, а в пятой кассе! Продовольственных талонов не найдется?
Казалось, этой перекличке не будет конца. Четыре кассы прекратили работу, в очередях слышался ропот, но на этом злоключения Джуди не закончились. Она увидела, как кассирша по имени Джина поднялась с места и направилась к микрофону.
— Внимание, — голос из динамика прогрохотал по всему супермаркету. — Если у кого-то из кассиров есть продуктовые талоны долларового достоинства, прошу принести их к стойке номер четыре. Здесь покупательнице не можем отсчитать сдачу.
Теперь Джуди получила такую рекламу, что точно оказалась в центре внимания. Все глаза обратились к ней, в том числе и глаза Сьюзен. Посматривали на нее с отстраненным любопытством, а стоявшие в очереди неподалеку даже подались назад, чтобы, избави Бог, не оказаться замаранными соприкосновением с бедностью.
Сердце Джуди колотилось так, что ей казалось, будто этот стук даже громче, чем слова кассирши. Так, словно готово было вот-вот выскочить из груди. Все лица, включая и лицо Сьюзен, слились для нее в одно, все звуки — в общий невнятный гул.
В этот миг у нее было только одно желание — убежать отсюда, скрыться от этого кошмара, в который превратилась вся ее жизнь. Оставив покупки на прилавке, нетвердо переставляя ноги, она направилась к выходу и не остановилась, даже услышав растерянный голос новенькой кассирши:
— Мэм, так нужны вам в конце концов эти продукты или нет? — Протянутых ей талонов на сумму четыре доллара и десять центов Джуди попросту не заметила.
Но выйти за дверь было легче, чем забыть о пережитом позоре. Что ей действительно было нужно, так это самоуважение, а его не купишь на продовольственные талоны.