— Да, сэр, — взволнованно повторила Джуди, расстроенная тем, что звонок был сделан без ее ведома.
— Должен вас предупредить, миссис Крюгер, что в Джорджтаунском «Юридическом Центре» никакие отговорки, связанные с состоянием здоровья, во внимание не принимаются. Оценки выставляются исключительно по результатам испытаний. Если вы чувствуете себя недостаточно хорошо, чтобы учиться, вам следует уйти. Добавлю, что пропуск занятий в течение более чем десяти дней является основанием для отчисления.
Как и предупреждал доктор Арфус, слева, между позвоночным столбом и грудью, тоже выступила сыпь. Красные прыщики вздувались и лопались, превращаясь в открытые гнойники, которые болели и отчаянно чесались, не позволяя ни спать, ни толком сосредоточиться на учебе.
Дома она занималась обнаженной по пояс, прилепив к спине и животу пропитанные каламином ватные тампоны. Кусочки ваты нередко присыхали к ранкам, и отдирать их было сущим мучением. Чтобы не пропускать занятия, Джуди накладывала пропитанные каламином марлевые повязки, которые прикрепляла лейкопластырем. Повода отчислить ее у декана не нашлось.
Состояние здоровья Джуди ухудшалось, но зато решимость неуклонно крепла: она просто не могла позволить себе растрачивать остатки сил на сомнения. Если ей суждено стать хозяйкой своей жизни, она должна преуспеть. Другого выхода просто не было.
Наступил май. В той самой аудитории, где она сдавала «ЛСАТ», Джуди дожидалась начала годовых испытаний. Она похудела на пятнадцать фунтов; покрытое повязками тело саднило, но под рукой имелись пять отточенных карандашей, секундомер, вторая стрелка которого была синхронизирована с часами лекционного зала, а в памяти теснились положения законов, юридические постулаты и судебные прецеденты.
В пятницу третьей недели мая, в четыре тридцать она закончила ответ по теме «собственность», последней из шести экзаменационных тем, и отправилась на метро в Кристалл Сити — больше у нее ни на что не было сил. Ей даже не пришло в голову обратиться в офис «Юридического Обозрения» за материалами для конкурсной работы. Как бы ни важна была для нее возможность попасть в «Обозрение», еще одного испытания она бы просто не выдержала.
В тот вечер, впервые с самого сентября, Джуди с удовольствием, не спеша, поужинала в обществе сына. Шейн давно привык слышать от матери бесконечные фразы вроде того, что «у нас решающий период» или «нужен еще один рывок», что напоминало ему о тренировках по плаванию, но явно не внушало доверия. Обычно он отвечал «да, мама, конечно», но при этом бормотал под нос что-то определенно неодобрительное.
Но на сей раз, когда он встал, чтобы убрать шоколадный пудинг, Джуди неожиданно спросила:
— Чем бы ты хотел заняться летом?
— Ну… — растерянно отозвался он… — я думал, мне придется работать…
— Не будешь ты работать. И я тоже, — решительно заявила она, и на лице сына появилась недоверчивая, но счастливая улыбка. — Давай решай, как бы тебе хотелось провести лето. Придумай что-нибудь повеселее, подходящее для нас обоих.
— Ты что, серьезно?
— Еще как… Итак, мистер Крюгер, каковы наши пожелания? — Ее отношения с сыном нуждались в укреплении так же, как ее тело — в отдыхе.
— Тогда на природу, — решительно заявил Шейн. — С тех пор, как мы уехали из Холлин Хиллз, меня все время тянуло отдохнуть на природе.
— Так тому и быть, отправимся в поход.
— Но мы никогда не отдыхали таким образом.
— Тем более давно пора.
К вопросу о летнем отдыхе Джуди подошла с той же основательностью, с какой штудировала учебники или готовилась к экзаменам. Скоро весь стол на кухне был завален красочными туристическими буклетами.
В конце июня Джуди предложила Шейну выбор:
— Смотри, вот места, которые кажутся мне подходящими… Вариант первый — Национальный заповедник «Бэк Бэй». Это что-то вроде лесного массива возле нашего старого дома, но гораздо лучше. Его преимущество в том, что там совсем рядом еще и Фолс Кэйп, природный парк с отличными пляжами. А недостаток, — тут она закатила глаза в притворном ужасе, — недостаток в тоннах москитов и водяных змей длиной до двух футов. Они ядовитые! Ты готов?
— Нет проблем, ма! — лицо Шейна просияло. Похоже, упоминание о длине змей привело его в восторг. Давай двинем туда.
— Погоди минуточку, есть еще другой вариант. Пешие походы и рыбная ловля в Национальном парке Джорджа Вашингтона. Красноперка, радужная форель и окунь… — Видя на лице сына неподдельную радость, Джуди впервые с прошлого августа почувствовала, как отпускает ее тревога.