Мистер Мурр велел ему завершить работы к указанному сроку, чего бы то ни стоило. Проверки качества предписывалось свести к минимуму. Рабочих надлежало всячески поощрять к перевыполнению дневных заданий. Заставлять работать сверхурочно. Жертвовать даже безопасностью — чем угодно, только не временем. По словам Тони, Мурр, похоже, был близок к отчаянию.
— Но при всем моем добром отношении к мистеру Мурру, — пояснил он, — выполнять подобные распоряжения я не могу. Послушаться его — значит поставить под угрозу надежность здания… Но если я не послушаюсь, и он не сможет получить свои деньги, меня уволят.
— Тебе не стоит об этом беспокоиться, Тони, — заявила она.
— Это еще почему?
— Ты больше не должен выполнять приказа Мурра. В этом нет необходимости.
— Хотел бы я, чтобы было так, но…
— Послушай, Тони, — Диди остановилась и знаком предложила ему сесть на траву. — Твоя работа не нравилась тебе и до того, как началась эта история. Помнишь, мы ходили под парусом, и ты показал мне дом, который строил. Мне уже тогда стало ясно, что ты от него не в восторге. Но все можно изменить. Теперь тебе незачем этим заниматься.
— Не понимаю. Ты говоришь загадками… — в его тоне Диди почувствовала намек на раздражение.
— Тони, мой отец строит торговые центры. В Канаде и США. Повсюду. Насколько я знаю, он делает что-то в Хартфорде и здесь, в Бостоне. Не помню, в каком районе, но он точно упоминал о Бостоне еще до того, как я сюда поехала. Стройплощадка, должно быть, где-то неподалеку, может быть, ты ее и знаешь. Это будет самый современный торговый центр в городе. Так вот, ты будешь работать у отца. Будешь руководить осуществлением его американских проектов.
— Что за чушь!
— Нет, Тони, вовсе не чушь. Он вечно жалуется, что здесь у него нет человека, на которого можно положиться. Ему нужен свой представитель в США, такой, чтобы не обманул, ну и, конечно, знал толк в строительстве. Верный человек… Тебе ведь нужна свобода действий, так? Ну вот, а отец всегда говорил, что в строительстве решения нужно принимать на месте и без промедления. Как он может управлять делами в Америке, когда постоянно находится в другой стране? Никак не может, — ответила Диди на свой же вопрос, не дав Тони даже обдумать услышанное: она уже решила все за них обоих. — Ты будешь принимать решения сам, и у тебя никогда не возникнет таких проблем, как с Мурром. Никто не станет вмешиваться в твою работу, ты будешь отвечать за проект с самого первого дня. Я уверена, отец доверит тебе это еще до того, как ты получишь диплом архитектора. Это ведь естественно, разве нет? — заключила Диди.
Реакция Тони удивила ее.
— Я не могу работать на твоего отца, Диди, — сказал он. — Просто не могу, потому что это неправильно. Я должен обеспечивать материально тебя и всю мою семью, но иначе. Сам, а не с помощью твоих родителей.
— Ты меня не понял, Тони, — горячо заговорила она. — Я сказала это только потому, что мне больно видеть, как ты переживаешь. Но я знаю, что скажет мой отец, когда познакомится с тобой. Когда узнает тебя, поймет, что ты за человек… — Диди протянула руку и коснулась его лица, на миг забыв о цели своего разговора. — …Ты такой славный. Твоя верность принципам, порядочность, честность… Многое в тебе… Короче говоря, я представляю себе, что он скажет, когда сможет оценить твои способности и узнает, что ты занимаешься строительством. Такие люди, как ты, ему по нраву. Я это точно знаю, так же как и то, что он наверняка сам предложит тебе руководить его американскими филиалами от его имени… Тони, моему отцу под шестьдесят. Большую часть времени он мотается между Ванкувером, Виннепегом и Торонто, а теперь к этому добавились и поездки в Штаты. Правда… — тут, как ни старалась Диди сдерживаться, в голосе ее прозвучала неизжитая обида за годы, проведенные в Брэнксом Холле… — он и раньше частенько отдыхал во Флориде. Но не в этом дело: отец не раз говорил, что с точки зрения управления не может быть ничего лучше и надежнее семейной компании. «Кровное дело» — так он это называет. Он частенько жалел, что у него нет сына, которому можно было бы доверить ведение бизнеса в Соединенных Штатах. Так вот, ты станешь моим мужем, войдешь в нашу семью, и у него появится сын. Немножко поздновато в его-то годы, — улыбнулась она, — но лучше поздно, чем никогда. Ты будешь вести «кровное дело», Тони.