Сумерки переросли в ночь. Ветви, словно переплетенные руки, укрыли их своим покровом, сквозь который пробивались лишь тонкие нити лунного света. Порывы ветерка доносили сладкий аромат шотландской ветлы и пьянящее благоухание мирта. В анонимности темноты застрекотали сверчки.
В эту знойную напоенную ароматами луговых цветов средиземноморскую ночь она уступила мягкости мха и бессодержательности своего существования. И Джорджу.
Вниз с холмов, в Канны они помчались в преддверии рассвета, когда в Старый Порт уже доставляли свой улов рыбаки. Джордж не обманул, сосны и впрямь оказались восхитительными.
За час до того как Айнам предстояло покинуть пляж, чтобы подготовиться к трансатлантическому перелету, Джордж обратился к отцу Диди. Громко и четко, так, что могли слышать все лежавшие на шезлонгах на семейном участке, он заявил:
— Сэр, я осмелился предположить, что вам было бы небезынтересно узнать, на каком из предложений насчет работы я решил остановиться, когда вернусь домой. Поразмыслив обо всем, услышанном от вас, я почувствовал, что просто обязан помочь Джо Брэдли, ведь он столько для меня сделал. Понятно, что это отложит начало моей политической карьеры самое меньшее года на два. Но ничего, я сумею возместить упущенное. Просто мне придется поднажать и работать усерднее.
— Я восхищаюсь твоим решением, — прозвучало в ответ. — Что я всегда ценил в мужчине, так это умение быть благодарным.
Джордж отбросил назад упавший на лоб рыжеватый локон и, словно невзначай, добавил: — Так что жить я теперь буду в Торонто и, стало быть, смогу видеться с вами. Поэтому, проводив вас на самолет, я скажу не «прощайте», а «до свидания».
Когда они вернулись в отель, Стэнли Айн велел консьержу сделать необходимые распоряжения, с тем чтобы из аэропорта Джорджа отвезли назад к пляжу «Карлтона» на арендованном Айнами «мерседесе».
В фойе первого класса Диди поцеловала Джорджа, пообещавшего, что они увидятся в Торонто через пять недель.
Спустя два часа после отбытия Айнов в Северную Америку, Джордж, как он и говорил Диди, продолжил свое отложенное на двадцать семь дней путешествие в полном соответствии с намеченным планом. Он отправился в Швейцарию автобусом второго класса, билет на который заказал заранее.
С того дня как Джордж прибыл в Торонто, Диди проводила свободное время исключительно с ним. А свободными теперь оставались только вечера: закончив Райерсон, она заняла руководящую должность в службе маркетинга «Айн Констракшнз», и все ее дневное время занимала работа.
Джордж ввел ее в мир политики, совершенно незнакомую ей сферу жизни. Откликнувшись на его просьбу принять участие в предвыборных мероприятиях, она не только побывала с ним на всех митингах и собраниях, где он выступал, но даже устроила в родительском имении Северный Честертон пикник для избирателей округа Джо Брэдли. Это оказалось первым серьезным успехом Джорджа с того момента, как он вплотную занялся политикой. Диди было приятно услышать, как Джо Брэдли поблагодарил его за организацию этого мероприятия со словами: «За двадцать лет в политике мне ни разу не удалось затащить такую прорву избирателей ни на одно собрание. Ты молодчина, Джордж. Славная была идея — устроить сборище в этом сказочном поместье».
Несмотря на стремление Брэдли иметь его под рукой и на уикэндах во время поездок по округу, Джордж никогда не допускал, чтобы это помешало его присутствию на семейных обедах, куда его приглашали Айны.
Стать его женой Джордж предложил Диди в день ее рождения, когда ей исполнилось двадцать три года. И разве могла девушка пожелать лучшего жениха, чем он — умный, уверенный в себе светский молодой человек? Воплощенное очарование. А главное, как неустанно твердил ее отец, — «парень с большим будущим». К ней Джордж относился хорошо. Он помог ей снова почувствовать себя желанной. Рядом с этим воистину блестящим мужчиной она и сама сияла отраженным светом. Теперь многие искали ее компании или спрашивали у нее совета, и Диди чувствовала, что на сей раз дело не в родительских деньгах. Умение привлечь к себе умного, перспективного, харизматически привлекательного мужчину делало значительной в глазах окружающих и ее. Никогда прежде ей не случалось ощущать себя столь приметной фигурой. Оснований сомневаться в искренней привязанности Джорджа у нее не было: он проводил с ней все уикэнды, не желая расставаться даже для того, чтобы навестить родителей, живущих в Оттаве.