- Привет, Рус. Рада тебя видеть.
Рус? Боже мой, зачем я его так назвала?
Его глаза искали мои глаза. Все вокруг молчали, или, может быть, мне так казалось. Только мы вдвоем в крошечном безмолвном пузыре. Он не ответил на мою улыбку; его глаза не загорелись каким-либо волнением при виде меня. В них ничего не было, совершенно ничего.
- Эй! Ева, не забудь про звонок. Тебя ждет ребенок, - напомнила мне Даша.
- О, точно. - Я отошла от стойки в сторону и поднесла телефон к уху. - Миш? Да, это я. Что стряслось? - Мне хотелось поговорить с сыном наедине, но уединиться было негде. Крошечным офисом сейчас пользовался парень из проката велосипедов, делавший миллион копий карт. Оставалась только дальняя зона отдыха, прямо за тренажерным залом. Уединиться бы в ней не получилось, но хотя бы там было спокойнее. Мне нужно было просто разговаривать тихо.
Уходить было приятно, все равно, что прятаться в тени от солнца в палящий знойный день. Взгляд Руслана был холодным и чужим, как будто он не узнал меня, но ведь это он произнес мое имя первым, а не наоборот. Так почему же он не ответил, когда я поздоровалась?
- Мамочка, Соня заболела. Ее тошнит, и Кристина сказала, что больше не хочет видеть ее у себя дома. - Миша практически плакал. Я слышала, как беспокойно напрягается его голос. - Соня тоже не хочет здесь находиться. Она ненавидит это место. Говорит, что скучает по тебе, - добавил он слишком высоким голосом. Эти мысли принадлежали не Соне, а ему самому, но он не хотел этого признавать. Мои кулаки сжались, и ярость закипела, когда я представила, как мой сын стоит там с мобильным телефоном у уха и просит свою мать приехать и забрать его, пытаясь сдержать слезы.
Я понимала, что должна сначала выслушать Игоря. Разум боролся во мне с желанием немедленно приехать и спасти своих детей от злой мачехи и нерадивого папаши.
- Миша, передай телефон папе, пожалуйста, - сказала я так спокойно, как только могла.
Я услышала в трубке какое-то шарканье и сделала три глубоких вдоха, надеясь, что смогу говорить достаточно тихо, чтобы меня не уволили.
- Ева, тут такое дело… Кажется, у Сони какой-то ротавирус, - начал Игорь, и я взорвалась.
- Так почему же ты тогда мне не позвонил? Почему я узнала это от семилетнего ребенка, который оказался ответственнее тебя? - Я отругала Игоря, ненавидя себя за то, что не могу контролировать собственную ярость. Я ненавидела его за то, что он заставлял меня испытывать такие эмоции.
- Потому что я не собирался отвозить их домой. Это мои выходные с ними, и я сказал Соне, что утром ей станет лучше. Но Кристина переживает за то, что… - Игорь умолк.
- За что переживает Кристина? - потребовала я объяснений. Еще немного - и я бы убила этого человека; мне нужно, чтобы Алина придумала для меня алиби. - Она боится за Артемку. Она не хочет, чтобы он заболел... Он же еще маленький, и…
- Я поняла, можешь не продолжать, Кристина считает, что детей следует вернуть их матери. - Я практически взвизгнула, обрывая его. - Но это и ее дом тоже, - защищался Игорь.
- Но они же твои дети и находятся в этом доме не на птичьих правах... - Я фыркнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Просто... - начала я, но потом вспомнила, что должна уже закончить наш разговор и не мешать посетителям. - Я на работе, но буду у тебя через несколько часов. Ты можешь передать Соне, что я скоро заберу ее?
- Я присмотрю за ней сегодня, не волнуйся. Давай ты заберешь детей завтра. - Голос Игоря смягчился, и на одну секунду я даже почувствовала его заинтересованность... почувствовала, что ему не все равно. Я все еще ощущала неуверенную дрожь в его голосе с того момента, как он задал мне вопрос, положивший конец нашим отношениям. Я причинила ему боль. Непреднамеренно, но я это сделала. Это была моя вина.
- Хорошо. Ты можешь, пожалуйста, остаться с ней на ночь? Соня любит смотреть мультики, когда болеет, она под них быстро засыпает, но она боится темноты, так что оставь телевизор включённым, чтобы...
- Ева, я помню, мы раньше всегда так и делали. Мы обычно смотрели мультики вместе с ней, когда она болела. - Игорь прервал меня очень мягко и осторожно. Мне стало интересно, не слышала ли Кристина, как он говорит со мной таким ласковым тоном.