В ту секунду, когда холодное масло коснулось моей кожи и его горячие руки начали растирать ее, я издала стон. Я ничего не могла с собой поделать. Как приятно было ощущать его прикосновения, убирающие ноющую боль с моих ног.
- А я хорош, никогда не доводил женщину до оргазма так быстро.
Он широко улыбнулся, и на его щеках появились ямочки.
Это прозвучало так, будто я только что кончила, но мне было все равно.
- Извини, у меня очень сильно болели ноги. - Я откинула голову назад и просто позволила ему делать то, что он хочет. Его большой палец надавил на свод моей стопы, медленно двигаясь вверх круговыми движениями, вызывая у меня еще один стон.
Руслан прочистил горло.
- Рассказывай, почему день был таким тяжелым.
Я уставилась в потолок, вздохнув, и начала рассказ.
- Ребенок навалил кучу в женской раздевалке. На полу, в туалете, а потом, видимо, размазал это по стене. Я не знаю, как и почему это произошло, но мне пришлось это убирать.
- О, Боже, Ева, ты же ненавидишь... - Руслан начал смеяться, наклоняясь вперед, прижимая мою ногу то ли к своему животу, то ли к своей промежности. Я понятия не имела, к чему прикасаюсь, но это было тёплым и твёрдым.
- Вот именно. Я пыталась свалить эту обязанность на кого-нибудь, но ее уже свалили на меня. Как на новенькую.
- Почему мамаша ребёнка не убрала за ним сама?
- Я не знаю. Она просто пришла и рассказала нам, а потом купила своему ребенку мороженое и они ушли.
- Ева, это просто ужасно, - сказал он, фыркнув.
Мое сердце перевернулось, как у полной идиотки, потому что фырканье Руслана - блин, это было самое милое зрелище во Вселенной.
- После этого мне пришлось пропылесосить все теннисные корты! - Это какая-то дедовщина, клянусь. Я покачала головой, все еще глядя в потолок.
- Я первый раз слышу о том, что теннисные корты надо пылесосить, чем их пылесосят вообще?
Теплые пальцы потянули меня за пятку, притягивая ближе. Это был не сильный рывок, а нежный, как будто он думал, что я не замечу.
- Это делается такой огромной промышленной машиной.
Я теребила подол своей безразмерной футболки, мне становилось все труднее отводить взгляд от мужчины, прикасавшегося к моей коже.
- Подожди, эти корты… они же просто огромные.
- Да, это заняло целую вечность.
Я жалобно вздохнула.
- Милая, ты, должно быть, очень устала.
Моя левая нога мягко опустилась на кровать, в то время как он схватил правую и начал круговыми движениями наносить на неё масло.
- Да, но, честно говоря, сегодняшний вечер поднял мне настроение. Спасибо тебе за ванну и массаж ног.
Я опустила взгляд и улыбнулась ему. Его пальцы скользили по моим ступням, но я могла поклясться, что чувствую, как они проникают в мое сердце, а это никуда не годится.
Руслан улыбнулся, его глаза потемнели, когда он уставился на боксеры, закрывающие крошечное пространство между моими ногами… пространство, к которому у него был доступ, учитывая, насколько близко я была к нему сейчас.
- А как насчет тебя? Как прошел твой день с детьми?
Его улыбка превратилась из томной и сексуальной в счастливую и игривую.
- Хорошо...твои дети просто потрясающие.
Если какой-нибудь мужчина хотел встречаться со мной или залезть ко мне в трусы, то лучшим способом добиться меня было сделать комплимент моим детям.
- Спасибо, что позволила провести с ними время, мне правда очень понравилось.
- Тебе спасибо, что приглядел за ними — я знаю, им тоже очень понравилось с тобой.
- А тебе спасибо за то, что доверяешь мне. - Он встретился со мной взглядом.
Его темные глаза цвета морской волны дали мне понять, что наше прошлое все ещё оставалось неразрешенным. Наши отношения десять лет назад не завершились, они лишь были поставлены на паузу, и сейчас мы были близки к тому чтобы снова нажать на «play».
- Ну, мне, наверное, стоит уже пойти постелить себе на диване.