Мое дыхание участилось, когда Руслан сильнее надавил на мой ноющий клитор. Я почувствовала, как стон поднимается к моему горлу, умоляя об освобождении, когда он прижался ко мне. Я двигала бедрами в такт его пальцам, пока он выделывал ими невероятные вещи.
- Я не думаю, что ты готова услышать, как сильно я хотел сделать это с тобой той ночью в моей постели... После того, как увидел тебя в моей футболке, - сказал он с придыханием, перемещая губы к моей шее и обратно к уху. - Ты хоть представляешь, как сильно я был возбужден? Как старательно я пытался разглядеть твои соски сквозь эту футболку, как мне хотелось зубами стянуть эти боксеры с твоей милой попки?..
Из моей груди вырвался стон, когда его пальцы сильнее прижались к моим губам
- Тебе нравится, когда я говорю тебе непристойности, Ева?
Я чувствовала его улыбку на своей коже. Если он правильно помнил, я всегда была страстной поклонницей его грязных словечек. Я не могла ответить, но приподняла бедра и оттолкнулась от твердости между нами. Я хотела, чтобы он вошел в меня, стер все линии сопротивления между нами и сделал нас единым целым.
- Ты помнишь, как раньше умоляла меня об этом? Грязные слова… Грязные вещи... Вещи, которые заставили бы большинство людей покраснеть...
Я помнила. Я была ненасытна по отношению к Руслану. Наша близость была огнем, в который подливали керосин каждый раз, когда мы были вместе. Внезапно я расслабилась, прижавшись к нему, когда кончики моих пальцев ног сжались и загорелись, а стон разорвал мою грудь.
- Кончи для меня, Ева, - прохрипел Руслан, прижимаясь губами к моей шее, твердо и напористо.
Мы прижались друг к другу, и Руслан убрал руку, проведя ею по моей спине и нежно лаская мою попу через хлопковые шорты.
Я повернулась к нему лицом, желая позаботиться о нем так же, как он заботился обо мне. Я хотела поцеловать его, может быть, скользнуть под одеяло и взять в рот всю его длину, но как раз в тот момент, когда я собиралась прижаться губами к его губам и ощутить на себе его голодный взгляд, мы услышали шуршание одеял по другую сторону перегородки.
Мы замерли, когда звук усилился. Руслан вытащил руки из-под моей майки, а я убрала пальцы с его боксеров, отворачиваясь и увеличивая расстояние между нами. Через несколько секунд перегородка отодвинулась - там стояла Соня.
- Мамочка! Мне нужно пописать.
Руслан улыбнулся со своей половины кровати. Я повернулась, радуясь, что мы не разделись, и увидела сонное личико моей маленькой девочки.
- Пойдем, милая. - Я схватила ее за руку и вывела из палатки.
Когда мы вернулись в лагерь, Руслан уже начал готовить завтрак. Воздух был пропитан ароматом кофе, смешанным с пьянящим запахом сосны.
Это был рай.
- Привет! Мои девочки вернулись! - Руслан оторвался от бутербродов, его глаза сфокусировались на мне с лукавой усмешкой.
Мое сердце подпрыгнуло от его нежности. Я старалась не обращать на это внимания, не придавать этому значения, но я бы солгала, если бы сказала, что не хочу погружаться в то трепетное чувство, которое он вызывал у меня. Если бы я позволила себе расслабиться и забыться, то могла бы потеряться в этом взгляде и почувствовать себя как дома.
Если бы я не была осторожна, я бы забыла, что Руслан был с нами не навсегда, что мы были просто его летним экспериментом, и у нас был срок годности. Вскоре он снова окажется в своей стихии, будет встречаться с актрисами и забудет о нашем существовании.
Глава 41
РУСЛАН
Ева надела свой голубой купальник, чтобы пойти на озеро. Он выглядел скромно по сравнению с тем, что носили многие женщины, с которыми я встречался, но в нем она затмевала каждую из моих любовниц.
Все в Еве было особенным: ее смех, ее улыбка, то, как она двигалась, как она относилась к своим детям... Похоже, что я влюблялся снова, и ничего нельзя было сделать, чтобы защитить свое сердце от последствий.