Я не мог давать ей никаких обещаний относительно моей актерской карьеры, и поскольку Миша ходил в здешнюю школу, Соню взяли в детский сад, а Ева работала на курорте, я был не вправе просить их поехать вместе со мной в неизвестность.
Я знал, что она уже начинала нервничать по поводу нашего будущего, особенно после того, как начали появляться статьи о нас. Некоторые сайты пытались создать сенсацию из ничего. Я мог только представить, как ей было неприятно постоянно видеть мое имя в светской хронике, видеть, как ее имя смешивают с грязью, и читать истории о ее жизни, которые не имели никакого отношения к реальности.
- Я хочу тебе кое-что показать, - сказал я, когда мы шли обратно в дом. Когда Ева работала, все оставались ночевать у меня на вилле, а если у нее был выходной на следующий день, мы ехали к ней. При любых обстоятельствах мы проводили вместе каждую ночь.
- Что?
Лучи заходящего солнца пробивались сквозь пряди ее волос. От этого вида у меня перехватило дыхание. Она была слишком хороша для меня: слишком совершенная, слишком сексуальная, слишком красивая… Я никогда не хотел отпускать ее, и какая-то часть меня не хотела искушать судьбу и позволять своему сердцу надеяться.
- Увидишь. - Я взял ее за руку.
Дети пробежали мимо нас в дом, а Ева уютно устроилась на качелях.
Подтянув колени под себя, она улыбнулась в предвкушении. Часть меня чувствовала себя по-мальчишески глупо из-за подарка, который я собирался ей преподнести, поскольку на самом деле это был не подарок... а, можно сказать, признание.
- Вот. - Я сел рядом с ней, обхватив ее за бедро.
- Твой телефон? - Она нахмурила брови, сосредоточившись на заблокированном экране.
- Набери 6330.
На ее лице отразилось сомнение, пальцы замерли над дисплеем. Секунду спустя она набрала цифры, и экран ожил. На заставке телефона теперь была ее фотография; я сфотографировал ее, когда она шла впереди и обернулась, чтобы посмотреть на меня. Я сделал снимок, когда она этого не ожидала, поэтому ее лицо было совершенно безмятежным, с самой естественной и великолепной улыбкой.
- Посмотри мой список контактов. - Я погладил ее по бедру, подбадривая. - Пожалуйста.
Ее глаза сузились, а сочные губы приоткрылись в беззвучном вздохе. Из-за такой реакции мой пульс участился.
- Ты удалил их? - Она быстро оторвала взгляд от телефона, в ее глазах была тысяча вопросов.
- Я знаю, мы еще не говорили о нашем будущем по-нормальному, но я хотел показать тебе, что я серьезно отношусь к нам. Мне не нужны никакие номера телефонов, мне не нужен никто, кроме тебя, - я нервно улыбнулся.
- Руслан, это…- Слезы, казалось, застряли у нее в горле, когда она отложила мой телефон в сторону и повернулась ко мне. Обхватив меня руками, она скользнула ко мне на колени и прижалась своими губами к моим губам. - Я люблю тебя! Ты не представляешь, как много это для меня значит.
Она не стала дожидаться ответа, ее губы снова прижались к моим губам, и несколько слезинок скатилось по ее лицу. Я схватил ее за бедра и прижал к себе, но, прежде чем у нас появился шанс закончить разговор, прежде чем я смог рассказать ей, как я представлял наше будущее, Мишка выбежал на улицу с телефоном в руке.
- Это папа, он сказал, что ему нужно с тобой поговорить.
Голубые глаза Мишки, задумчивые и обеспокоенные, метались туда-сюда между Евой и мной. Ева с тяжелым вздохом слезла с моих колен и взяла телефон в руки. Она поднесла его к уху и зашла в дом.
Я не сразу пошел за ней - остался снаружи на какое-то время, потому что я изо всех сил старался дистанцироваться от темы Игоря. Ева знала, что я к нему чувствую, но он был отцом ее детей, так что избавиться от него было невозможно. Мне нужно было засунуть свою ревность в задницу и привыкнуть к тому, что он постоянно звонит. Он писал почти каждый день, что, по словам Евы, было необычно. Она сказала, что до моего появления он практически отсутствовал в жизни детей, а теперь его стало слишком много.
Наконец, войдя внутрь, я обнаружил Еву все еще разговаривающей по телефону со скучающим выражением лица.
- Да, они будут готовы... Нет, я не буду говорить об этом с тобой, Игорь. Если ты не прекратишь поднимать эту тему, я перестану отвечать на твои звонки. - Она сделала паузу, и у меня волосы встали дыбом. О чем, черт возьми, он говорил с ней и почему это ее так разозлило?