— Ты ненормальная? Я же сказал, Ламберт здесь не причем. Я не хочу тебя, не могу даже представить как целую, что уж говорить о сексе.
Кривлюсь будто съел кислый лимон. Девушка морщится и трясёт меня за ткань толстовки. Заглядывает в глаза, стиснув зубы.
— А её всё ещё хочешь?
Молчу, не отводя взгляд. Что за цирк она устроила, словно мы парочка века, а Мелл украла меня перед носом у этой надоедливой липучки. Малышка совершенно не при чем и Бэкоу не её забота уж точно! Если она создаст ей проблемы, то в этом буду виноват только я. Нутром, я уже держу ответственность за Ламберт.
— Ну и сволочь же ты Харпер! Только и умеешь загребать всё что хочешь, как эскалатор, — Николь демонстративно размахивает рукам, изображая нахрап, — а затем выбрасывать как мусор. Топчешь ногами чувства невинных девушек, не зная жалости.
— Ой, Ники, не утрируй! — произношу с насмешкой.
— Не утрируй? — она вновь выплевывает мне в лицо, — Пусть ты не будешь со мной, но и с ней, ты тоже никогда не будешь. Я выставлю её в таком цвете, что с Ламберт вообще никто не захочет никогда встречаться. Спасибо тебе, хоть в этом ты мне помог и теперь её все считают шлюхой, благодаря твоей репутации Дон Жуана. Видел бы ты, как она сегодня на занятия вырядилась, можно было сразу голой придти. Виляет задницей перед бывшим, ещё улыбается, сучка! Думаешь Кейси приятно? Твоя Мелисса, в конец обнаглела!
Я хочу придушить Бэкоу на месте, но сдержанно смотрю в упор, хотя мои пальцы мысленно смыкаются вокруг тонкой шеи.
— Ещё раз повторяю, Мелл тут не причем!
— А знаешь, завтра вечером, за семейным ужином, я всё расскажу отцу! Надоело твою задницу прикрывать! Вылетишь из универа и забудь о спортивной карьере с этой минуты. — она притоптывает каблучком, — Я тебе не дам жить в своё удовольствие без меня. Без меня, ты пустое место, Харпер! Будешь думать об этом, сидя в переходе метро с протянутой рукой!
— Ты этого не сделаешь, сук@!
— Будешь моим, прощу всё, а до тех пор, черта с два!
Я ударяю ногой по ножке стола и с него на пол падает мой первый диплом за участие в спортивных играх. Стекло рассыпается в дребезги. Николь криво ухмыляется.
— Вот и рассыпалось твою будущее. Как символично!
— Я сказал, ты ничего не расскажешь своему отцу и Мелиссу оставишь в покое!
— А это мы ещё посмотрим! Психованный!
— Истеричка!
Девушка неожиданно поднимает руку и со всего маха влепляет мне звонкую пощечину. Притворно всхлипывает и бежит к выходу из комнаты. Я хочу поймать её, но не успеваю. Она слишком стремительно сбегает по лестнице, чуть не сшибает озадаченно маму и с грохотом хлопает входной дверью.
— Что это было, милый?
Я опускаюсь на ступеньку и обхватываю голову руками. Мама приносит стакан воды и садится рядом.
— Вдох и выдох, сынок, вдох и выдох. — она гладит меня по спине. Делаю глоток воды и следую совету мамы, ощущая, как пламя злости, медленно угасает. Телефон звонит в кармане и мельком взглянув на экран, я ставлю звонок на беззвучный. Майк подождёт.
— Легче? — таким понимающим и умиротворенным голосом, спрашивает мама, и я киваю, — вот и хорошо. Давай поговорим о том, что у тебя происходит в жизни. Выговоришься и станет легче. Помнишь, только этим я и спасалась во время той страшной депрессии.
— Ты ведь не отстанешь, да? — ставлю стакан с краю от себя и сморю в голубые глаза мамы. Она отрицательно покачивает головой и берет меня за руку.
— Не отстану. Ты, мня не бросил, когда мне было плохо и я тебя никогда не брошу. Ты мой сын Логан, я всегда буду на твоей стороне, чтобы не случилось. Рассказывай.
— Начнем с того, что ты слышала?
— Не всё, но вы громко кричали. Я так поняла, что место имеет любовный треугольник? Эта Николь, через чур приторно милая, а через секунду злая ведьма. Должна признать Мелисса мне нравится больше! — она смеётся, — А тебе?
Я потираю лицо ладонями и зачесываю волосы пальцами. Не нужно паниковать, нужно поговорить с мамой. Не помню вообще, чтобы особо с ней когда-либо откровенничал. Судя по всему ту часть, где Николь орала о своей беременности, мама не услышала, иначе, сказала бы мне об этом в первую же очередь.
— Всё очень запутанно.
— А я никуда не тороплюсь. Знаешь, на голодный желудок, вредно обсуждать такие серьезные вещи как сердечные дела. Хочешь кушать?
— Хочу.
Мы улыбаемся друг другу и поднявшись с лестницы идем на кухню. Мама разливает по тарелкам Клэм-чаудер и готовит тосты. Всё это время она даёт мне собраться с мыслями, только я до сих пор не знаю, что ей говорить. Как только перед моим лицом появляется ароматный крем-суп, в дверь влетает Купи и кидается ко мне в объятия, виляя хвостом. Я прижимаюсь к лохматой морде, ощущая привычный запах псины вперемешку с лавандовым шампунем. Ещё через некоторое время на кухне образуется отец и малышка Лоис. Девочка подбегает, целует меня, делится эмоциями от прогулки и садится на своё место, а папа делает вид, что увлечён какой-то статьей в телефоне. Он даёт мне спокойно пообедать, а затем кладёт сотовый в карман рубашки.