Вылезаю из ванны и вытираюсь. Бросаю мимолетный взгляд на телефон и замираю. Голос Яна мне не чудится.
— Рина… ты меня слышишь? — глухой, едва слышный вопрос озвучивается из динамика сиплым с хрипотцой баритоном.
Это что же получается, Ян все это время был на связи?
Ругаю себя за невнимательность и трясущимися руками прикладываю телефон к уху:
— Как давно ты ждешь?
Хочется услышать в ответ, что совсем недавно, и я просто сейчас каким-то образом затронула блокировку на экране, случайно или, возможно, голосом набрала его сама.
Тщетно. В ответ летит именно то, чего я опасалась:
— С момента, как зашумела вода… — затем он молчит, как будто набирается храбрости перед опасным прыжком. — Мне не показалось же, я слышал свое имя, когда ты?..
Оправдываться глупо и бесполезно. Все люди взрослые, но почему-то очень хочется уйти в несознанку, а еще лучше Стембольского выставить в неприглядном свете, указать на его пошлые домыслы.
Глава 8
Ян
Виталий подхватывает дочек руками и на весу аккуратно закидывает их на ротанговые кресла с мягкими подушками.
— Папа, папа, — девочки хором смеются и с обожанием смотрят на Утесова. — А у нас новый гость, — на заговорщицкий шепот переходит Вера.
— Не новый, — подмигивает Виталий, а затем переводит взгляд на свою беременную супругу: — Виталин, ты бы присела, все на ногах, тяжело, — с неимоверной заботой в голосе проговаривает мужчина и выдвигает свободное кресло для жены.
Виталина… Перекладываю я женское имя в уме, и тут меня осеняет. Верно! Все заголовки пестрили тогда «Виталий и Виталина», когда они оба исчезли таинственным образом с круизного лайнера. Бывает же в жизни! И, кажется, у них случился тогда служебный роман.
Удивляюсь и молчу.
Хотя пришел же обсудить дела и возможное сотрудничество. И теряюсь. Семейная обстановка и атмосфера просто неземного дома Утесовых вводит меня в замешательство, но я стараюсь вернуть себе самообладание и выдаю сбивчивое:
— Не думал, что у воинственного Боинга такое семейство.
Виталий слегка морщится при упоминании своего прозвища в деловых кругах, а Виталина, перехватив недовольный взгляд мужа, быстро подкладывает в его тарелку ароматный круассан.
— «Боинг» давно стоит в закрытом ангаре, а Виталий перешел на новый уровень. Ян, я ознакомился с вашим предложением, и оно мне нравится. Эко-отель — это совершенно новый уровень, и я бы мог инвестировать в подобный проект, но при одном условии.
Иметь в инвесторах такого человека, как Утесов — это уже половина успеха. При умелом подборе команды профессионалов за короткий срок можно совершить невозможное, и уже в будущем году отель сможет принять первых посетителей.
— При каком? — тянусь к чайной кружке и отпиваю глоток. — Вкусный, — теперь уже я возвращаю улыбку радушной хозяйке.
— Иван-чай. Виталий заготавливал.
Давлюсь и таращусь.
— Не поверите, как меняется человек, облюбовавший затерянный остров, — Виталий весел и объективно кажется мне более живым, чем все те предприниматели первой ступени, которые гонятся за всем элитным. Начиная от зубной щетки и заканчивая личным самолетом. И тут же сокрушаюсь, что сам не лучше всех тех, остальных. В моем шкафу брендовые вещи, квартира в модном элитном доме, на паркинге давно томится Феррари.
А я сижу и ловлю кайф от травяного чая?! Серьезно?
— Это ты еще не пробовал его фирменный торт с шоколадом и сливочным кремом, — Надя перевешивается через подлокотник кресла и быстро мне открывает одну из семейных тайн.
— А вы умеете удивлять, Виталий! И, честно говоря, я приятно удивлен, что вы пригласили меня в свой дом.
— А папа только любимчиков приглашает. Остальные ждут записи, — деловым тоном сдает отца подчистую Вера.
— Девочки! — строго из-под полуулыбки делает замечание Виталина. — Пейте чай, остынет. Папа сам разберется.
Виталий не раздражен и не прогоняет дочерей. В его взгляде я улавливаю гордость за них. И это поражает еще больше.
Мать с детства требовала идеального поведения от меня. Отец всегда ставил на вид, что я мал и вечно только путаюсь у него под ногами, мешаюсь. Вечная смена лиц: няни, преподаватели и сопровождающие. Они не добавили мне счастья, а только усугубили еще больше. Постоянное чувство ненужности и обделенности, и только Марина своей улыбкой озаряла полсвета. Оттого страшнее было осознавать, что и женщинам нельзя доверять. Они гонятся за модой, деньгами и лучшей жизнью.