-А я не хочу спать, - она маленькими шажками ступает по земле очень уверенно, старается идти ровно, будто прочертила себе невидимую линию и не хочет отклоняться от нее ни влево ни вправо
-Ну тогда иди на ручки, - беру ее на руки и крепко прижимаю к себе, - пойдем в дом, смотри уже прохладно, а нам нельзя простужаться, - она обнимает меня своими детскими ручками, жмурится, целуя мою щеку, мы идем обратно.
Я не сразу замечаю, что Айдар наблюдает за нами и как только мы поравнялись с ним, говорит:
-Ты очень любишь детей, но у тебя их нет, почему? - он внимательно смотрит на меня
-Возьми Вику, - я подхожу ближе, чтобы он взял свою дочку у меня, но он и не думает этого делать
-Я тебе задал вопрос, ты не слышала? - я знаю, что он ждет ответа почему у нас с мужем нет детей, но я не хочу, отвечать, вместо этого говорю дочке Айдара:
-Вика, пойдешь к папе? - она тянет к нему свои ладошки, н берет ее на руки
Я хочу пройти мимо ,но он хватает меня за руку
-Или может у старикана не получается? Я прав? - он издевается в свойственной ему манере, с силой одергиваю руку, иду в дом.
Поднимаюсь к себе в комнату я хочу реветь. Он постоянно хочет меня довести до истерики. Он намеренно не дает мне проходу. Я иногда думаю, что все окружающим это просто очевидно.
***
Весь оставшийся вечер сижу в комнате, не раздеваясь смотрю в одну точку. Со стороны может показаться, что я залипла и сплю с открытыми глазами, но все мои воспоминания касаются деревенских каникул, когда каждый сантиметр земли напоминает мне о нас с Айдаром.
Когда муж появляется в комнате, я уже спокойна. Я могу прятать свои эмоции, за пять лет научилась.
Говорю, что хочу покушать, спускаюсь ниже , бросая на ходу, чтобы не ждал меня, ложился. Он разбирая кровать уверяет, что дождется, в чем я сомневаюсь, поскольку он пил вино, а значит оно его расслабит и он заснет раньше, чем я вернусь. Так уже было много раз. Олег не умеет пить, наверное поэтому редко это делает. А может потому, что он врач и знает, что это вредно для организма, я пока не разобралась.
Аккуратно ступая по ступенькам старого дома, спускаюсь со второго этажа, прислушиваясь к тишине, нигде нет света. Я на ощупь ищу холодильник, открываю дверцу, морщусь от лампочки внутри холодильного отделения, смотрю на все что имеется и понимаю ,что ничего не хочу. Закрываю холодильник, погружая комнату в темноту. Когда глаза привыкают, по ориентирам нахожу стакан, наливаю воды, делаю маленький глоток. Вздыхая, ставлю стакан на стол. Я не могу себе отказать в том, чтобы выйти на улицу, подышать летним воздухом, посмотреть как тут все стало, хотя я вру себе, я зочу просто вспомнить как мне тут было хорошо
Выходу на улицу, жадно втягиваю воздух. Смотрю на посадки яблоневых деревьев, ничего не изменилось. Поддаюсь воспоминаниям, подхожу ближе, трогая кору дерева, параллельно закрываю глаза, столько приятных воспоминаний и ощущений я испытала здесь. В какой-то момент, мне показалось что кто-то смотрит на меня пристально, не сразу понимаю, что не одна. И только когда вижу, что Айдар стоит недалеко, прислонившись к дереву. В руке держит стакан с вином, который тут же выпивает и ставит рядом.
Я прекрасно понимаю, что это вопрос времени, он обязательно будет опять издеваться. Поворачиваюсь ,хочу уйти, только Айдар быстрее
-Викуля, - ненавижу этот тон, - ты торопишься, дорогая?
-Не трогай меня, - я понимаю, что все что я говорю бесполезно потому что он уже обвивая кольцом руки на талии, притягивает к себе ближе, продолжая издеваться
-Как скажешь дорогая, - прижимая к сильнее , я знаю, что он будет делать так как он хочет и ему наплевать что я ему говорю. Я проклинаю себя за то, что я не могу ему сопротивляться, потому что он остается меня слишком желанный. Моя спина упирается в дерево. Он наклоняется ниже, я знаю, он хочет снова поцеловать меня. Вырываться бесполезно, мы оба знаем, кто из нас сильнее. Чувствую его дыхание и ничего не могу, закрываю глаза, пусть целует. Только он целует шею, лицо, плечи, все другие участки, избегая прикосновения к губам. Становится невыносимо, я не могу обманывать свое тело, которое предательски поддается ему, выгибаясь навстречу ласкам. Когда становится невыносимо, прошу:
-Пожалуйста, Айдар - я не могу больше терпеть то, что он делает, я хочу одновременно чтобы он остановился, и не хочу чтобы прекращал, мое тело отказывается слушать разум.
-Что пожалуйста, Вика, говори? – продолжая целовать везде кроме губ, добавляет, - я не слышу!?