— Правда?
Он наклоняется ближе. Я пытаюсь отодвинуться, но он прижимает палец к моим губам. Скользит по щеке вниз к шее. Останавливаются там, где бешено пульсирует вена. Он точно чувствует.
— Знаешь, что я вижу? Как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не замечаю. Как твое дыхание меняется, когда я рядом. Как ты облизываешь губы, когда нервничаешь.
Черт. Неужели я настолько очевидна? Жар поднимается от груди к лицу. Наверняка сейчас я красная как помидор.
— И меня это заводит. Дико заводит. Хочу узнать, какая ты на вкус. Хочу услышать, как ты стонешь подо мной.
О боже. Он это серьезно? Между ног становится горячо и влажно. Я сжимаю бедра, но его рука на моей талии не дает отодвинуться.
Это все слишком быстро. Слишком... Мы же почти не знаем друг друга. То есть знаем, но не так. Не в этом смысле.
— Зачем эти игры? Мы оба взрослые люди. Оба знаем, чем это закончится.
Я мотаю головой, хотя тело предательски тянется к нему. Закрываю глаза. Может, если я их не открою, все это окажется сном?
— Мы не можем просто так...
— Открой глаза.
Приказной тон заставляет подчиниться. Встречаюсь с его взглядом — темным, голодным.
— Скажи, что не хочешь меня, и я отойду. Прямо сейчас.
Вот же засада. Конечно, я его хочу. Уже очень давно. Но одно дело — фантазировать, и совсем другое...
— Я...
Слова застревают в горле. Он ждет, не отводя взгляда.
— Я хочу тебя трахнуть, Изабелла. Здесь и сейчас.