Вечером, сидя на нашей маленькой кухне и отхлебывая остывший чай, я медитировала на визитку, данную мне Алексом, и мечтательно улыбалась.
На темно-синем фоне на ней значилось всего три слова — Юридическое сопровождение бизнес-проектов, и ниже фамилия имя и отчество.
“Савицкий Александр Владимирович”, я склоняла эти волшебные для меня слова на разные лады, напевала и говорила скороговоркой, со стороны скорее всего это производило весьма странное впечатление. Ведь не зря говорят психологи, что влюбленность приравнивается к легкому временному расстройству психики.
Меня съедали сомнения. Я изводила себя вопросами, на которые сама же и отвечала.
Иногда я делала это вслух, чем повергала свою маму в недоумение. Мое настроение менялось каждые пять минут...
Кажется, в прошлом веке это называлось любовной горячкой, а в наше время звалось невротическим расстройством на почве сильной влюбленности в купе с сексуальным возбуждением.
“Одно дело курортный роман, — думала я, — когда из каждого кафе звучит потрясающая музыка о любви, настраивающая на романтический лад, шумит вечерний прибой и больше ничего не отвлекает от страстных поцелуев и жарких объятий.
И другое…которое движется по накатанной
Скучные каждодневные будни, знакомая домашняя обстановка, работа, быт и обязательства, все это стало для меня не значительным и пустым без... НЕГО!
Без Александра, Алекса, Саши, моего первого мужчины, я хотела быть ЕГО!
Невыносимое состояние, когда задыхаешься от желаний увидеть, обнять, коснуться губами хотя бы щеки и... боишься быть отвергнутой.
А вдруг Александр обо мне уже позабыл? — терзалась я, то вскакивая, то снова садясь на кушетку в своей маленькой комнате.
Разве приличные девушки сами первые звонят мужчине?
У него наверное есть любимая женщина!
Тысяча вопросов, мелькали в моем разгоряченном воображении, я чуть было не порвала визитку и не выбросила ее в мусорное ведро, разозлившись на Алекса.
Боже мой! Какими только словами я не называла Алекса, среди них даже было несколько нецензурных фраз, из серии напыщенный индюк, понтливый козел, столичный мажор и даже…о боже… я сказала на него конченный... мудак.
Меня кидало на волнах диких сомнений и даже Надюшка заметила, что со мной что-то происходит?
Но нет, я молчала как партизан, отнекиваясь и говоря, что мне некогда, сессия, зачеты и вообще отдых прошел, пора браться за ум.
А сама в тайне ждала и подпрыгивала от любого телефонного звонка, и бежала к гаджету, как ужаленная.
Почему он мне сам не звонит?!!!
Волнуюсь и не нахожу себе места. кажется, что весь мир против меня, потому что телефон разрядился и пока я искала зарядное утройство в доме выключили свет.
Пришлось бежать в салон к Надюшке, благо он поблизости от дома, чтобы поставить на зарядку телефон, а потом уже оттуда я понеслась в институт и меня там долго пытали преподаватели, началась сессия, зачеты а за ней практика.
На удивление я сдала все на отлично и со спокойной совестью могла выдохнуть.
Мои мысли крутились вокруг Александра и нашего с ним отдыха.
После ласковых солнечных дней на море, мне так не хотелось погружаться в городскую суету, толкотню, пыльные улицы и пробки на дорогах.
Я скучала, дико и жадно хотела его поцелуев и ждала, ждала, ждала, когда он мне позвонит.
Это становилось невыносимым, я скатывалась в депрессию.
Как мне дальше жить без НЕГО?!
***
Дорогие мои не забудьте подписаться и оставить комментарий
С любовью, Мария Шафран ❤️
Глава 5.
Люба. Куда ты пропала, моя девочка?
Вконец измотав себе нервную систему, а заодно и моей подружке Наде, которая слушала мои стенания, и утирала мои слезы, я, только через неделю набралась храбрости. А может и наглости, это как посмотреть и позвонила Алексу.
Схватила телефон, зажмурилась и ткнула на кнопку вызов.
С замиранием сердца я ждала ответа и уже хотела сбросить и сказать себе: “Любонька, ты размечталась!” как трубку сняли, и я услышала грозное:
"Да, говорите, я вас слушаю!"
Боже мой, Алекс, Саша, Сашенька, это он!
Это его голос, ставший для меня за время отдыха на море таким родным, до боли знакомый, чуть-чуть с хрипотцой, бархатный, любимый до дрожи, до мурашек под кожей.
—Ал...гм, прости, Саша, это я, — мой голос сел, и я не могла вымолвить больше ни единого слова.
— Зая, это ты! Неужели, я думал, что все, кранты!