Джейк нежно погладил ее по плечам, вдыхая аромат ее волос, но, вспомнив, как вчера Дюваль вел ее к машине, застыл и опустил руки.
Заметив его безучастность, Алиса расценила это по-своему. Она отодвинулась и сказала:
– Извини меня, я не из тех, кто вешается, честное слово. Но столько сразу навалилось…
Алиса вытерла слезы и добавила:
– Единственный человек в мире, который меня любит, сейчас в больнице, в беспомощном состоянии. Тетя Тео, наверное, с ума сходит от беспокойства, я обещала вернуться к ней рано утром. Конечно, я испугана, но больше всего злюсь. Кто так издевается надо мной? И зачем?
ГЛАВА 18
– Теперь расскажите, что произошло, – попросил Санчес.
– Сегодня рано утром ко мне пришли полицейские и стали задавать вопросы. Я согласилась поехать с ними в участок. Мне нечего скрывать.
– Четыре часа – это много. Они пытались расколоть вас.
– Я знаю, но я не позволила им себя запугать. Я не хотела обращаться к адвокату, чтобы не выглядеть виновной.
Алиса была на себя не похожа. Если накануне, в больнице, она очень испугалась, то сейчас, после допроса, ее настроение резко изменилось – она была в бешенстве.
Они сидели в гостиной у Джейка, а Бенсон крутился у их ног. У полицейского участка их ждала толпа репортеров – пришлось воспользоваться служебным выходом и поехать к Джейку, у дома Алису наверняка тоже ждали журналисты.
Хотя меньше всего ей хотелось сейчас находиться здесь. Всю дорогу Джейк холодно молчал, только преддожил ей мобильный телефон, чтобы позвонить Теодоре в больницу.
Алиса поговорила с тетей, краем глаза наблюдая за Джейком. Казалось, он вообще не обращает на нее внимания. Наверное, она ставит «ТриТех» в сложное положение, и это его раздражает.
– Я считаю, что все это подстроено, – сухо сказал Джейк.
Санчес задумчиво кивнул:
– Похоже на то. Непонятно только зачем.
– Ты кого-нибудь подозреваешь? – спросил Джейк у Алисы.
– Никого.
Алиса вспомнила об угрозе его отца, но решила не говорить об этом. Джейк и без того в дурном настроении. Кроме того, ей не хотелось ссорить его с отцом. Скорее всего Макс здесь ни при чем, это не его стиль. Кто-то хочет вновь напомнить толпе о похищении ребенка Дювалей и об Алисе в этом контексте.
– Все подстроено так, чтобы доставить вам неприятности, хотя улик для вашего ареста недостаточно, – добавил Санчес. – Зато журналистам хватит материала для обвинения.
– Откуда ты знаешь, какие у них доказательства? – спросил Джейк.
– Я не знаю, но могу предполагать. По их вопросам ясно, что они не обнаружили отпечатков пальцев в кладовке, и у них нет ни одного свидетеля, который видел Алису в родильном отделении.
– Потому что я там не была.
Санчес посмотрел на нее с сочувствием, а Джейк нагнулся и потрепал пса по голове. Как Алисе хотелось сесть рядом с Джейком, прижаться к нему и забыть обо всем, но Джейк казался таким чужим. Теперь ей было стыдно вспоминать, как она кинулась к нему в полицейском участке.
– Подумайте, неужели вам совсем ничего не приходит в голову? Кто может вас ненавидеть? Кому вы мешаете? – настаивал Санчес.
Может быть, нужно рассказать о Гордоне? О своем настоящем отце? Но Алисе было бы тяжело рассказывать о том, как Хетти издевалась над ней, а ее отец был рядом и относился к этому совершенно равнодушно. Какое это имеет отношение к пропаже ребенка?
– Ты чего-то не договариваешь, – раздраженно сказал Джейк.
Он злился сильнее, чем она предполагала. Алиса почувствовала себя как на допросе.
– Я только что узнала одну вещь, но это не имеет никакого отношения к делу.
– Вы и представить себе не можете, как часто вещи, на первый взгляд не имеющие друг к другу отношения, оказываются связанными, – мягко сказал Санчес. – Я смогу помочь вам, только если буду знать все.
– Может быть, тебе будет легче, если я уйду? – спросил Джейк и встал.
– У меня нет никаких тайн от тебя.
– Прекрасно. Но в любом случае мне пора на работу, – равнодушно бросил Джейк.
Ладно, у нее есть более важные дела, чем беспокоиться о его настроении, но все-таки Алиса обиделась. Ей казалось, что они за эти дни стали почти друзьями.
– Так что вы мне не рассказали? – спросил Санчес, как только дверь за Джейком закрылась.
Когда Алиса призналась детективу, что Гордон Лекруа – ее настоящий отец, Санчес совсем не удивился.
– Случаются и более странные вещи, – сказал он и переменил тему. – Я так понял, что вчера ночью в больнице был Клай Дюваль.
– Он ждал меня на улице. Он не смог войти, потому что больницу закрыли по тревоге.
Санчес нахмурился, но ничего не сказал. Бенсон подошел к Алисе и просунул голову под ее руку, требуя ласки.
– Клай разводится с Феб. Он приехал в больницу, чтобы сказать мне об этом. А перед этим послал тете цветы. Он просил меня дать ему еще один шанс, но я ему отказала.
– Я не люблю совпадений. Оба раза, когда пропадали дети, Клай находился рядом.
– Мне тоже приходило это в голову, но у него нет никакого мотива. Зачем ему это нужно?