– Да нормально все у него, – отмахнулся он. – Просто хочет поговорить. Только я не хочу. Что мне его слушать? Только поругаемся, как обычно.
– Доброе утро, – на кухню вошла Олеся.
Миниатюрная брюнетка с большими синими глазами и очаровательной улыбкой на лице.
– Доброе.
– Ой, тётя Лера, вам так идут эти лосины, – пропела эта лисица. Поцеловав Дениса в щеку, она принялась накрывать на стол. – Вы в них еще стройнее.
– Спасибо, – улыбнулась я, поднимаясь со стула и желая оставить парочку наедине. – Я поехала в зал. Буду после обеда.
Бросила им через плечо, направляясь в свою комнату за сумкой.
– Мы уже уедем, – крикнул мне вдогонку Денис. – Макс на шашлыки пригласил.
– Хорошо, – отозвалась уже на лестнице.
Настроение поднялось от мысли, что вечер я проведу одна. Приготовлю себе морепродукты, включу сериал в гостиной на проекторе...
В дверь позвонили. Я как раз забрала свои вещи и поспешила вниз.
– Доброе утро, – поприветствовал бодро Денис, успев открыть утреннему гостю.
– Здорово, Ден, – прозвучал глубокий баритон нашего соседа. – Мама дома?
– Да. Мам! – крикнул сын.
Но я уже появилась в коридоре. Невольно вспоминая наше первое знакомство с Михаилом.
Я как раз приняла душ и собиралась идти готовить ужин, когда по дому разнеслась трель дверного звонка. В удивлении перевела взгляд на часы. Денис был у друзей, а в гости я никого не ждала.
Комплекс наш был под охраной и чужому попасть на территорию было сложно. Поэтому без задней мысли открыла и сразу же пожалела об этом.
На пороге стоял высокий мужчина примерно моего возраста. Он был поразительной комплекции. Мощный, крупный. Плечи у него были настолько широкие, что казалось легко заполнят весь дверной проем. Волосы насыщенного темно-коричневого цвета были оформлены в короткую стрижку. А глаза орехового оттенка, обрамленные густыми черными ресницами, смотрели с любопытством и нотками веселья.
Но несмотря на устрашающий внешний вид, на его загорелом лице играла легкая улыбка, обнажающая ровные белые зубы. Одет незнакомец был в темно-синюю футболку, плотно облегающую его мускулистый торс и светлые джинсы.
Я настолько оторопела и испугалась, что без зазрения совести, захлопнула дверь обратно, прямо перед его носом.
– И вам добрый вечер, – проговорил он насмешливо, через плотное деревянное полотно.
И мне стало неловко. Вряд ли грабители и маньяки ведут себя подобным образом. Оглядела себя придирчиво и скривилась. В длинной белой тунике и с влажными волосами, без капли макияжа, я выглядела, как домашняя курица. Махнув на это рукой, расправила плечи и вновь открыла.
– Не хотел вас напугать, – улыбаясь еще шире, проговорил он. – Я ваш новый сосед справа.
– Да? – удивилась я. – Валентина продала свой дом?
– Уже месяц, как, – кивнул он. – Меня зовут Михаил. Будем соседями.
С сомнением посмотрела на его протянутую ладонь.
– Валерия. У вас соль закончилась?
– Нет, – усмехнулся он, опуская свою руку. – Хочу предупредить о новоселье. Мы пошумим немного, но обещаю, к двенадцати будет тихо.
– Без проблем, – кивнула в ответ.
С тех пор мы дружили. Проблемы с газовым котлом? Я звонила Мише. Нужно почистить снег во дворе? Я приезжаю с работы, а он уже убрал, и свой, и наш двор. Я иду с остановки с пакетами? Он никогда не проезжал мимо.
Новый сосед легко нашел общий язык с Денисом и всегда с радостью помогал мне.
Михаил был в разводе. Я в его личную жизнь не лезла, поэтому подробностей не знала, как и он о моей. Работал он в крупной строительной компании, благодаря которой и переехал в наш комплекс.
Я, конечно, чувствовала от него симпатию, но дальше дружбы наши отношения не заходили. Был во мне какой-то стопор.
– А ты чего так рано? – удивилась я, обуваясь.
– Ну, мне просто на работу надо съездить. А ты, я знаю, по субботам на фитнес ходишь. Вот решил подвезти, – легко произнес Миша.
В груди потеплело. Такая мелочь, а приятно.
– Спасибо.
Мы вместе вышли из дома и направились к его внедорожнику.
– Я тут подумал, – проговорил он, распахивая пассажирскую дверь. – Может мне тоже походить в зал?
Остановившись, придирчиво оглядела его.
– Ну да, пресс не помешало бы подкачать, – из вредности выдала я.
– Лера-Лера, – вздохнув, произнес он с наигранной грустью. – Я живот втянул, не дышу. А у тебя никакой жалости к моим страданиям.
Мы рассмеялись.