Я понимал, что она не была одна все это время, но знать и увидеть, все же разные вещи. Такая волна злости и ревности прокатилась по венам. Необъяснимая и неправильная, но сворачивающая кровь. Выжигающая обидой сердце. Обслуживает этого амбала, ублажает его, в рот ему заглядывает, в нашем доме поселила...
– Да! – рявкнул на эмоциях, принимая входящий вызов.
– Андрюш... – произнесла растерянно Вика. – У тебя все в порядке? Ты где?
Скривился, будто лимон откусил.
– Я на работе, Вик, – проговорил раздраженно. – Сказал же, что буду после обеда.
– Извини, что отвлекаю, – прошептала она сквозь слезы. – Я хотела напомнить...
Как же меня раздражали ее вечные слезы. Ее постоянное: «Извини». От этого я каждый раз чувствовал себя последним уродом.
– Я все помню, – вздохнул, понимая, что нет смысла вымещать на ней свой гнев. – Заеду в аптеку и все куплю.
И не дожидаясь ее ответа, сбросил.
Глава 7
Нужно было ехать домой, но я не мог. Меня будто приклеило к месту. Неотрывно смотрел на окна нашего с Лерой дома и проваливался в свои воспоминания...
Настойчивый скулеж двигателя, скорбный и громкий, напоминал дребезжание ржавой пилы. Чертыхнувшись и сжимая руль до побеления костяшек, свернул на парковку нашей мебельной фабрики, на которой, я уже три года трудился менеджером по продажам.
Старый Рено хрипел на последнем издыхании. Я уже мысленно представлял довольную рожу слесаря, который насчитает огромную сумму за ремонт моего корыта. И это стало последней каплей.
Огромное чувство разочарования, поселившееся в душе в последнее время, достигло своего предела. Мне сорок, а живу как конченный неудачник.
Мужики в моем возрасте уже всего добились, ездят на хороших тачках, работают в костюмчиках в офисе, зарабатывая приличные деньги, а бабы у них выглядят, как конфетки. У меня же по всем фронтам дно.
И дело было даже не в машине, нуждающейся в ремонте, а лучше утилизации.
На меня давило все. Сокрушительный вес кредитов, бесконечная петля работы и долгов, бесчисленные требования Лерки, которая, несмотря на мои титанические усилия, вечно говорила о нехватке денег. И дом, с голыми стенами и кучей стройматериалов.
Каждый мой день был похож на предыдущий. Работа, поклейка обоев или укладка ламината, замученная жена, отсутствие нормального ужина и секса, а после короткий и беспокойный сон, с мыслями о том, где найти денег. И так по кругу. Хотя нет, были еще выходные, но они мало чем отличались от рабочих будней.
Бросив свою развалюху на парковке, зашел в офис. Дежурные приветствия от моих коллег, пожелания «доброго утра», всё ощущалось пустым и насмешливым. Хоть внешне я выглядел как обычно, внутри все кипело и пузырилось от ярости.
Вон взять Юрку, моего коллегу. Мы занимали одну должность. Он был на пять лет младше меня, но недавно купил свежую машину. Вечно беззаботно улыбался и раздражал меня до скрежета зубов.
Даже рабочие нашей фабрики, болтали о предстоящем отпуске или поездке куда-то. Все они, казалось, плавали на волне легкости и изобилия, пока я тонул. Тонул в долгах и разочаровании своей семейной жизнью.
Плюхнувшись в свое кресло, с грустью посмотрел на экран компьютера. Мне нужен был перерыв, шанс вдохнуть полной грудью. Вновь почувствовать себя нормальным мужиком, а не заезженным ишаком. Но как? Как это было сделать в моих обстоятельствах?
Словно по волшебству, на соседний стул грациозно приземлилась Виктория. В руках у нее было два бумажных стаканчика с ароматным кофе из близлежащей кофейни.
Дочь нашего генерального директора давно оказывала мне знаки внимания, поддерживала и подбадривала. Отец устроил ее сюда секретаршей, но по факту она ничего не делала, тупо слоняясь по фабрике.
Ее волосы цвета красного дерева, рассыпались по плечам свободными волнами, обрамляя нежное лицо. Молодая, красивая деваха. И чего только нашла во мне?
– Привет. Ты чего сегодня такой хмурый? – спросила она мягким и мелодичным голосом.
Интересовалась не для галочки, а действительно переживая. Пододвинув ко мне кофе, подперла рукой подбородок и терпеливо ждала ответа.
– Просто тяжелое утро, – вздохнув, пробормотал я, надеясь, что подобного ответа будет достаточно.
– Не хочешь рассказать? – в глазах ее плескалась искренняя забота, которая согревала меня, несмотря на мое первоначальное раздражение.