— О-о-ох, — смешно перебирая ногами, я кинулась к нему и крепко обняла со спины. Мужское тело против воли вздрогнуло. Сил сдерживаться больше не было, и я разревелась. — Не уезжай! — жалобно и громко начала всхлипывать. — Не надо… Останься! Я такая дура!..
Окружающие косились на меня, недовольно переговаривались. Но я внезапно осознала, что мне нет дела до их осуждающих взглядов.
— Кхм… кхм, — куцые бровки блондинки, стоящей рядом, гневно странствовали навстречу друг другу, образовывая на лбу бульдожью складку. — Марат, это кто такая?
— Марат, блин??? — я отпрянула.
Во рту появилась противная горечь.
— Э… — дать более подробный, развернутый ответ незнакомец не мог.
То-то поднялся крик! Бездействие ошарашенного незнакомца, его молчание, окончательно вывели блондинку из себя. Подскочив к нему, она с размаху ударила его по лицу, желая получить от него хоть какую-то реакцию на то, что творилось. Звенящий шум шлепка тут же пронесся эхом по всему залу.
— О! Значит не изменял? Значит я все надумала?.. А ты, гадина! — рявкнула она, сделав мне навстречу угрожающий шаг. — Мало че ли мужиков не женатых? И сюда даже приперлась?
Ба! Меня, кажется, спутали с разлучницей и собирались убивать на месте!
— Спокойнее, женщина! — мирно проговорила я. — Инфаркт не дремлет!.. Это же просто недоразумение.
Внутри нехорошо ныло, — организм запоздало реагировал на переживаемую ситуацию.
— Ах, недоразумение? — в какой-то момент блондинка нахмурилась и замахнулась рукой, будто собираясь ударить меня.
Ого! А шутки-то кончились. Я зажмурилась.
— Богдана?! — Руслан перехватил руку обидчицы.
Резко и сильно вывернув за спину, дернул ее вверх так, что затрещала кость.
Неожиданность — штука серьезная. Блондинка на секунду зашипела от боли, но тут же сжала губы и зажмурилась.
— Руслан… — сухими губами беззвучно прошептала я. — Вот ты где!
По моему лицу бродила идиотская улыбка. Те люди, которые были далеко, стали вдруг близко, а тех, что близко, вроде как и не существовало для меня вовсе. Только он! Щенков же перестал казаться встревоженным, становясь удивленным. Стоило ему отпустить руку блондинки, как гримаса боли на женском лице тут же сменилась на ненависть. Она максимально отстранилась.
— Да ты попутал, жену мою трогать! — незнакомец с багровой щекой (эк его дама постаралась-то…) ударил Руслана.
— Нет! — вскрикнула я, прижав ладонь к губам.
Челюсть явственно хрустнула… По идее, он должен был бы лишиться не только зубов, но и чувств, однако не тут-то было. Свалившись на пол, он с утробным рычанием быстро, как ни в чем не бывало, вскочил на ноги. И крюком, со всего размаха, зарядил снизу в подбородок незнакомцу.
— Одурели, что ли?! — схватилась за сердце невзрачная дама в очках, похожая на грустного, очень домашнего ослика.
Между тем рядом скопились люди, испуганно созерцавшие поединок.
— Хватит!!! — вдвоем с блонди, мы стали разнимать их.
Просили, умоляли, повисали у них на руках, но те снова и снова кидались друг на друга, сбиваясь в жаркой, безжалостной драке.
Расталкивая публику, в гущу событий ворвалась толпа сердитых охранников. Повалили обоих на пол, стали выкручивать суставы. Навалившись на них, придавили всем весом, перевернули лицом вниз и попытались защелкнуть им запястья.
— Отпустите его, это мой муж! — выкрикнула капризногубая блондинка.
— И мой… молодой человек.
Щенков нервно хихикнул. Услышать такое от меня! Тонкая струйка крови начала стекать к ушибленному подбородку.
Нас выволокли на улицу, как упирающихся подростков.
— Руки от нее убрал! — злобно гаркнул Руслан на охранника, не в силах, оторвать взгляд от мужских пальцев на моем локте.
Он кипел как чайник, и пар, накопившийся внутри, требовал выхода.
— Все, все, все, Руслан, — мне было ясно, что вырываться бесполезно.
Когда я просто переживала или злилась, кожа, в зависимости от степени, краснела, бурела или багровела. Когда же чувства достигали полного накала, то лицо мое краснело выборочно и среди алых участков попадались белые островки. Обычно на щеках и на лбу.
— Иу-иу… Иу-иу…
Ко входу подкатил взъерошенный, заляпанный грязью, орущий полицейские бобик. Страшный своей бобиковостью.
— Руслан, — крикнула я, с усилием вырвав локоть из захвата жестких пальцев, отчего он тут же начал саднить.
— Богдана…
Нежно обхватив его дорогое и знакомое лицо ладонями, я принялась целовать мокрый лоб, щеки, подбородок. Даже брови и те были влажные. На пальцах оставались капли. Прикоснулась к губам.