Даже такой простой жест заботы от мужчины воспринимается странно.
Особенно когда Юсупов и салфетки протягивает. Не спешит снова кричать или тормозить меня.
Только наблюдает с опаской.
- Может, тебе успокоительного? - предлагает мужчина. - А то ты нервной стала.
- Я?! А ты сам? Ты из меня нервную делаешь! Стрелка не та, пахну не так. Воспитанные люди так себя не ведут!
- Ты мне про воспитанных порассказывай...
Тигран закатывает глаза. Но это единственная ремарка. После - он снова молчит.
Мужчина постукивает пальцами по столу. Не спешит возвращаться к делам.
Я показательно промакиваю уголки глаз салфеткой. Я тяну время. Чем дальше бесить мужчину - я пока не придумала.
Я понимаю, что этот спектакль не позволит мне выиграть дело. И не решится всё за сегодня.
Не получится подписать документы, пока Юсупов в состояние аффекта.
Всё равно это должны подтвердить клиенты. А заказчик Юсупова на такое не согласится. Да и Тигран к тому времени немного в себя придёт.
Просто...
Я не успела собраться. Отмахнуться от прошлого и включить свой профессионализм.
Пришлось включать импровизацию. Если я не могу сегодня спокойно мыслить, то... Нужно лишить подобной возможности и противника.
Я не ожидала, что получится настолько хорошо.
Кажется, Тигран не привык к подобной стратегии. А может, от меня подобного не ожидал.
Я всегда старалась показать себя с лучшей стороны. Ответственной, сообразительной, готовой ко всему.
Я едва кодексы с собой на встречи не таскала. Благо, скачала на телефон электронный вариант.
О чём мне и припомнил Тигран на нашем первом свидании. Когда я ненавязчиво поинтересовалась, почему он меня всё-таки пригласил.
- Я тебя с первой встречи запомнил, - усмехался он тогда. - Ты едва не целые статьи из кодекса цитировала. Подглядывала, конечно, но было интересно.
Я краснела и смущалась. Прозвучало, как если бы меня на жульничестве поймали.
Но просто... У Тиграна такая особенность была. Миллион оттенков интонаций, которые нужно было ловить.
Не издёвка - а скрытое любопытство. Не попытка накричать, а беспокойство. Я научилась их различать.
Когда Тигран меня бросал - интонация была одна. Чистое, уничтожающее безразличие.
В общем...
Да. Раньше я старалась и была другой в работе. А теперь - истеричка. И к подобному Тигран точно не привык.
Он готовился размазать меня. Или к бурным спорам, к противостоянию.
А получилось, что я реву, а Юсупов - не знает, что сказать.
- Кристин...
Зовёт как-то... Не так. Интонации не те. И я вытягиваюсь стрункой, внимательно смотрю на мужчину.
Слишком уж он потерянно звучит. Голос глухой, а взгляд - до кости просверливает.
Тигран выглядит злым, растерянным и жалостливым одновременно. И мне это не нравится.
Что он уже задумал?
- Кристин, твоё поведение... Ты что, беременна?!
5.3
Предположение Тиграна вводит меня в шок. Я даже забываю, что должна всхлипывать.
Я только хлопаю ресницами. И смотрю на мужчину. Откуда у него это в голове появилось?
И, что более важно, с какого перепугу он вообще об этом думает?
- Беременна? - я переспрашиваю. - Как... Как это тебя вообще касается?!
Во мне просыпается поток злости. Я мгновенно теряю свой образ "дурочки". Потому что...
Беременна, да? А что ж тебя, придурок ты эдакий, это не волновало раньше? Девять лет назад!
Тогда от моего состояния Тигран отмахнулся. Он даже не стал развивать эту тему, просто порвал со мной.
А теперь вопросы задаёт.
- Это личное, между прочим, - хмыкаю я.
- Не личное, когда это касается бизнеса.
- А это каким боком вообще вылезло? Или ты намекаешь... Я отупела от беременности? Ты об этом говоришь?