– Зачем? Ты же сказал, что все готово, – особо не вникая в то, что он говорил, продолжала складывать пазл произошедшего в своей голове.
Слова его отца в тот день… О том, как ему жаль. Столь резкая перемена в отношении ко мне Руслана. Его грубость… Могло ли все это быть связано?
Как бы то ни было, сейчас я ничего не могла узнать. Качнула головой, прогоняя непрошенные мысли, и наконец использовала шариковую ручку по назначению.
– Не все же мне делать за тебя, дорогая, – Огарев вдруг приблизился, крепко подхватив меня за руку, стоило мне только поставить свою подпись. – Сходишь, стребуешь с него подпись. Игорь тебя даже сопроводит. Я сегодня добрый.
– Куда сопроводит? Там Мира одна! – заупиралась, пытаясь выдернуть из его лап свою руку и отбрасывая свободной рукой документы на скамью.
– Мама твоя где? Няни здесь есть? – остановился тут же Рус, выражение его лица показалось мне обеспокоенным.
Огарев и беспокойство? Это что-то из разряда фантастического…
– Мама дома, – упиралась словно коза на привязи и всё еще дергая рукой, гнула свою линию. – С чужой теткой я ее не оставлю.
– Значит привезем маму. Звони ей, – не растерялся он, продолжая без видимых усилий удерживать моё запястье, параллельно доставая телефон из кармана.
– У тебя что, пожар? Куда ты меня забираешь? – сыпала вопросами из-за стресса.
– Поедешь к мужу, он соскучился, обрадуешь его как раз новостью о разводе, – между делом бросил мне Огарев, копаясь в своем смартфоне.
– Да пошел ты! Тебе надо, – психанула, наконец-то отвоевав свою конечность, – Ты и едь! Я его сейчас видеть не хочу. Из-за твоих дурацких прихотей я не намерена бросать Миру одну, – заявила категорично и, воспользовавшись моментом, юркнула в палату к дочери.
Глава 12 Алиса
Дождавшись, когда Мира уснет, в задумчивости перебирала ее шелковистые волосы. Курить хотелось невыносимо. Но в стенах больницы сделать это было невозможно. Смотрела в одну точку и будто на повторе прокручивала в мыслях слова Огарева. Из его эмоциональной речи выходило, что Дашка всё же тогда дошла до него и, безусловно, приукрасив реальность, доложила о поцелуи с Артёмом. Помимо этого, он нес какую-то глупость про деньги. Или не глупость… Мне ведь тогда в голову не приходило, что те злосчастные деньги могли быть у другого получателя. Не посмотрела, мое упущение. И, действительно, то с каким размахом развернулся Артём настораживало. Не настолько у него были обеспеченные родители, чтобы нам и свадьбу сыграть достойную, и сыну с улучшением жилищных условий помочь. А уж про сбережение на открытие собственного бизнеса вообще молчу. Он матери на платье не мог выделить средств, какой бизнес? Тогда я особо не задумывалась над этим, так как оплакивала свое разбитое сердце и готовилась стать мамой. Теперь же, всё выглядело крайне подозрительно.
Мне требовалось срочно поговорить с мужем, чтобы окончательно понять, кто из мужчин лжец. И если выяснится, что Руслан прав, тогда его поведение и отношение поддавалось хоть какому-то объяснению. Не заслуживало прощения, однако, хотя бы было логично.
В итоге, изводя себя воспоминаниями и пытаясь восстановить в памяти, как именно объяснял Тёма те или иные покупки, не заметила, как заснула. На следующий же день Огарев не явился, чему я была несказанно рада, так как на утро следующего дня Мире предстояла операция.
В то время, когда Аркадий Павлович осматривал доченьку, в палату заглянула медсестра.
– Устинова? – вырвал меня из задумчивости голос девушки. Повернулась к ней лицом. Молодая медсестра в белом коротком халатике приветливо мне улыбалась. – Можно вас?
– Да, – подтвердила, поднимаясь с кровати и выходя к ней в коридор.
– Собирайте вещи, – обрадовала она меня, продолжая источать позитив, – вас переводят в vip-палату. С личной няней и отдельным меню.
– Зачем? – глупо переспросила. Палата и так была индивидуальная и питание нас устраивало. – Это какая-то ошибка, я не оплачивала таких услуг.
– А это ваш папа позаботился, – убила она меня своим ответом.
Артём? Но как?! Пока я гадала, девушка развернулась и поспешила меня покинуть. А меня озарило наконец пониманием.
– А как зовут нашего папу? – спросила с сомнением, чем поставила в тупик остановившуюся девушку. Теперь она смотрела на меня как на ненормальную.
– Руслан Александрович, – выдала она осторожно.
Сама того не ведая медсестра озвучила правду, назвав Руслана отцом Миры. Да только это была ошибка. По всем документам, имеющимся у клиники, именно Артём числился папой.
– А вас не смутило, что отчество у моей дочери Артёмовна? – усмехнулась, понимая, что они даже не удосужились узнать степень родства оплачивающего столь не дешевые услуги. Хотя какая им по сути разница?..