Глава 8. Глава от лица Людмилы Сергеевны Голышевой.
Шесть лет назад….
- Ты что на пороге топчешься, заходи, замерзнешь! - Втащила меня в дом моя новая подруга. Мы познакомились с Катериной в интернете, на форуме цветоводов. В ее загородном доме действительно было все заставлено цветами.
А потом, бывает так в жизни, ты делаешь шаг по направлению к чему-то, и больше твоя жизнь никогда не становится уже прежней.
Я встречаюсь с его глазами. Огромными, как два карих омута. Я споткнулась. Схватилась за руку новоявленной подруги. По телу прошел озноб. Сердце колотилось где-то в горле и мне пришлось откашляться.
- Знакомься, это мой муж Женя и его младший брат Федор. Федь! - Она толкает парня в плече, - сделай выражение лица попроще, а то девочка подумает, что ты большой серый волк и хочешь ее съесть!
Он и правда был большим и серым.
Сильным.
И опасным.
Выныриваю из омута своей памяти. Что это? Почему так? Все эти воспоминания просто хороводом нашагивают в моей голове и не желают совершенно останавливаться.
- Добрый вечер.
Чувствую себя странно. Неуютно. Я на приеме у психолога. Дело вот в чем. Парень, которого я жду не откуда-то, а из тюрьмы, не отвечает на мои письма, а свидания еще добиться нужно.
- Добрый.
Меня очень долго и подробно спрашивали о том, что меня беспокоит. Хорошие были вопросы. Правильные. Вот только если бы я знала на них ответы, я бы не сидела в этом удобном кресле.
Потому что болит.
- Я…, - откашлялась и вновь провалилась в себя. Не потому, что там хорошо. А потому что скользко.
Выходной. В дверь моей комнаты стучат. Судя по деликатности стука, отец.
- Да, пап?
- Да, пап?
- Хочешь поговорить об этом?
Я не хочу говорить. Не хочу дышать. Не хочу больше быть на этом свете. Мне словно выдрали внутренности и теперь внутри меня зияет огромная дыра.
- Поговорим?
Я двигаюсь на кровати, тем самым приглашая своего родителя присесть рядом. Да, мне двадцать пять лет. И что с того? Я жила отдельно, когда познакомилась с Федей. Потом мы жили вместе. А потом, у меня был выбор, либо переехать к родителям, либо в больницу.
- У меня нет сил собрать вещи.
Папа и мама просто сгребают все что на глаза попадает в большие плащевые баулы и стараются как можно быстрее увести меня из нашей съёмной квартиры.
- Ты как, дочь?
Пожимаю плечами. А как я? Никак? Прижимаю к груди телефон и жду, когда Федя примет решение.
- Нормально, - сквозь зубы выговариваю я.
- А если честно?
Пожевываю губы.
- А если честно, пап…. Мне все еще дико нужен он. Любой. На сколько бы сильно он не изменился, мне нужен он, - голос дрогнул.
Папа положил раскрытую ладонь мне на коленку и погладил через пуховое одеяло.
- Ну все, все. Мы с тобой говорили. Если любит, будет рядом. Как бы сильно он не изменился.
Глава 9. Глава от лица Федора Сергеевича Гордеева.
- Что это за девочка? - Спрашиваю я у брата, хотя что за девочка мне уже знать не нужно. Не имеет значение кто она, я просто кожей это ощутил - моя!
- Новая подружка Кати. Помогала жене розарий разводить. Ты же знаешь, Катюха у меня помешана на всем что из земли растёт.
- Знаю, - а у самого мысли вообще далеко.
Я правда, пытаюсь забыть и забыться. Пытаюсь сказать себе о том, что моей маленькой девочке каких-то двадцать пять лет. Она может начать жизнь с чистого листа. Быть с кем хочет. С тем, кто сделает ее жизнь явно лучше, а не хуже. То есть не со мной.
- Федор.
- Люда.
У нее очень приятный голос. Обволакивающий. Низкий. Словно она хочет мне понравиться, соблазнить, но глаза говорят об обратном.
- Любишь цветы, Люба?
- Люблю.