– Я не осуждаю, Марин. Наоборот. Я тебя умоляю. Ты единственная моя надежда. Прошу лишь помочь мне попасть туда, где ты работаешь.
– В качестве кого, Валентина? – рявкает на меня, сжимает кулаки. – Ты понимаешь, к чему должна быть готовой?
– Я все понимаю.
– Тогда ты совсем дура! Там не клуб по интересам. Там серьезные люди с деньгами и полной властью над нами… Тебя может выбрать другой! Не Валиев! Что на это скажешь, а? И знаешь, мне похрен на твои проблемы и твое ханжество. Ты конечно пытаешься сделать вид, что не осуждаешь, только у тебя это не получается, дорогуша. Да, я шлюха. Никак иначе я бы на эту квартиру не заработала!
– Я не осуждаю, Марин. Клянусь.
– Кто тебе сказал?
– Неважно! Догадалась. Действовала наугад! Или есть осведомитель. Марин, это все ерунда. Помоги мне спасти ребенка. Умоляю. Мне не нужно советов, предупреждений. Только помоги попасть в “Башню”.
Глава 5
У меня все же получается уговорить Марину. Разговор безумно тяжелый, мы обе выжаты морально.
– Хорошо, я попробую тебе помочь. Только не все так просто, Басманова. Ты должна слушаться меня безоговорочно. Поняла? Иначе пошлю тебя куда подальше.
– Договорились, – тяжело сглатываю. Горло саднит, голова немного плывет, я ужасно себя чувствую. Меня словно провернули через мясорубку. И это только начало.
– Все, поезжай домой, – говорит устало.
– Зачем откладывать, Марин, – боюсь, что она передумает, кинет меня.
– Это не случится прямо сегодня, Басманова, – кривится в ответ. – Совсем уж не наглей. Туда попадают девочки только высшей категории. Нужна подготовка. Косметолог, массажист. Да, да. А ты думала все просто? Симпатичной мордашки и модельного прошлого недостаточно. Сейчас другие стандарты. Тебе надо как минимум хорошенько выспаться. Если честно, ты далеко не в форме, хотя выглядишь получше, чем вчера.
У меня раскалывается голова, и совершенно точно есть температура. Я вдруг понимаю, что не могу вернуться домой к Венере без конечного результата.
Уже сейчас, решившись ступить в Башню, я ощущаю себя шлюхой. При том что никогда не была близка с мужчиной. С Валиевым до этого не дошло. Мы собирались ждать до свадьбы. Амир добивался меня долго. Ухаживал очень настойчиво.
Свадьба сорвалась, он так и не стал моим мужчиной. А теперь я собираюсь…
Продать себя ему?
Если это потребуется.
Так почему чувствую себя грязной, недостойной быть рядом с ребенком? Сама не знаю. Может права Марина, и я ханжа?
Хорошо, что Аська очень полюбила Венеру. Они отлично ладят. Тем более, если я заболеваю, лучше держаться подальше от ребенка.
– Я никуда не уйду, – говорю твердо.
– Ну ты и наглая. Ладно, – отмахивается. – Знаешь, а я уважаю твою настойчивость. Хорошо, Басманова. Останешься у меня. Может мне зачтется, кто знает. Приятно будет сознавать, что и на хорошие, правильные поступки я способна.
– Это так. Я всегда буду благодарна.
– За то, что помогла тебе стать шлюхой? Ну-ну.
Марина выделяет мне комнату для гостей. Закрываю за собой дверь, падаю на постель и отключаюсь.
Утром в квартире никого. Моя старая знакомая еще не вернулась с «работы». Брожу по квартире. Нахожу хлопья на кухне, молоко, делаю себе кофе. Потом долго болтаю с Венерой и Аси.
– Проснулась? Хорошо. Но выглядишь измученной, – заявляет вернувшаяся Марина. – Скоро приедет массажист.
– Это обязательно?
– Я, вообще-то, должна отвечать за товар, который предлагаю, – окончательно сбрасывает маску. – Мы вроде договорились, что слушаешься беспрекословно.
– Прости, ты права. Я делаю, что скажешь.
– Иногда мне кажется, ты сошла с ума, – качает головой Марина. – Но это меня не касается. Ты взрослая девочка.
Возможно, она права, я не в себе. Почему я так сильно люблю чужого ребенка? Асия – результат предательства моей сестры и моего жениха. Но я, как только увидела девочку, сразу почувствовала глубокую привязанность. Мама поначалу даже боялась оставлять меня наедине с ребенком, когда я приезжала навестить их с отцом.
Родителям не нравился Амир, они не могут даже слышать о нем. Поэтому мне пришлось увезти Аси тайком от матери. Ночью, оставив записку. Утром, когда были в дороге, позвонила, чтобы объяснить все. Мама была в бешенстве. Грозила, что найдет Тамилу, что та заявит о похищении и мне будет очень плохо. Что я сошла с ума, если хочу просить помощи у подонка, который все испортил, разрушил наши жизни.