Так вот, в La petit vérité была опубликована информация о том, что Банк Мораль и «Син Даржон», а точнее «мираж», связаны между собой общим источником финансирования. Журналистам информацию предоставил сотрудник по имени Жерар Рюз, возглавлявший до Але́на, этот же подотдел. Анонимно, но Пьер все равно понял.
Обе компании официально опровергли эту информацию. В качестве доказательства, которое не противоречило коммерческой тайне у него была зацепка, что обе компании не публичны, но некоторая часть информации открыта. Причем открыта одна и та же часть: число филиалов, число выданных займов (в банке - кредитов и вкладов), год основания.
При этом не сходилась одна деталь: у Банка Мораль открыта информация об уставном капитале, а у займов она закрыта. Несоответствие этой детали позволило убедить журналистов в том, что финансовая поддержка обеих компаний никак не связана между собой.
Этого добивался Пьер Мораль: чтобы сделать компании «выглядящими по-разному». Возможные журналисты, желающие расследовать его деятельность, в том числе ее связь с криминалом, потерпели бы поражение. Тем не менее, деятельность Жерара Рюза через La petit vérité не понравилось шефу и он решил пойти на убийство того, кто говорил.
Зимой около 18:00 по местному времени, когда Жерар Рюз выходил из Банка Мораль к своему мотоциклу (он считал, что в некоторые уголки Парижа лучше добраться на мотоцикле, чем на неуклюжем авто: у него еще не было ни семьи, ни особых грузов), какие-то люди подошли к нему. Они повалили его на землю, накинули прозрачный пакет на голову с кляпом и почти без лишнего шума, который можно заметить, затолкали в микроавтобус.
После нескольких попыток его убедили затащить мотоцикл в этот же микроавтобус якобы добровольно. Там Рюза накачали какими-то снотворными внутривенно, ближе к двум часам ночи вывезли тело за город и распылили соляной кислотой.
Для мотоцикла приготовили заранее глубокую яму: Мораль арендовал экскаватор, специалиста, чтобы прохожие думали, что городские власти ремонтируют какие-то коммуникации. С микроавтобуса сняли номерные знаки, двигатель, аккумулятор и стекла, быстро перекрасили в другой цвет и открыли некоторые двери.
Стекла могли бы разбить, но разграбленный микроавтобус тянул на криминал и скорее всего привлек бы внимание полиции. Владелец якобы оставил его в лесу по неизвестным мотивам, а Пьер, разрабатывавший сценарий похищения, убийства и захоронения критика, знал, что покинутый транспорт наименее интересен полиции. Запчасти микроавтобуса выкинули в ту же яму, что и мотоцикл Жерара Рюза.
После того, как машинист экскаватора закончил работу, около трех или трех с половиной часов ночи по местному времени его встретил какой-то вооруженный пистолетом человек, нанятый Пьером Мораль. Он стал перед кабиной и сказал ему:
- Ты все видел, знаешь, но должен молчать. Тебя отпустят до дома наши люди, но никому и никогда ты не должен говорить, с кем ты сотрудничал. В этом случае мы не причиним вреда ни тебе, ни твоей семье, ты просто копал коммуникации.
Жерар Рюз до сих пор считался пропавшим без вести, его даже никто не искал. Машинист экскаватора не стал о чем-либо говорить или обращаться в полицию, его и не трогали. Але́н Рына́ слышал эту историю, о чем рассказал Николь. Байк Рюза закопал машинист экскаватора, а само тело было распылено.
Через какое-то время в отделении банка появилась полиция, но все сотрудники под копирку говорили ровно одно: Жерар куда-то уехал, он якобы добровольно положил свой мотоцикл в микроавтобус какой-то транспортной компании и захотел перевести вещи.
С тех пор Але́н Рына́ заменил самого Жерара Рюза.
- У меня осталось два вопроса, - сказала Николь. - Кто тебе предоставил информацию об убийстве Жерара Рюза? Как именно ты попал в этот банк без экономического образования? У тебя был «поручитель»?
Это была суббота. Николь не спешила в «мираж» и у них появилось больше времени на прояснение пробелов. А ведь Але́н долго пытался расспросить ее хоть о какой-то части ее прошлого, она до последнего молчала или отбивалась короткими репликами про плохого отчима, мать с полицейским характером.
Когда Нико́ рассказала ему о белой рыбе в ресторане, хоть какие-то подвижки наступили в тематике «пища». Но его не интересовал ее желудок, его интересовали ее чувства и воспоминания.
- Я рассказал тебе достаточно о своем знании этого банка. А теперь твой черед отвечать на вопросы. Я думаю, ты мне ответишь.
- Может отвечу, а может и не отвечу, - сказала Николь словно софист.
- Расскажи мне хоть сколько-нибудь существенной информации о твоих эмоциях, чувствах. Кто ты? Я живу с тобой месяцами, а до сих пор не понимаю этого. Кроме того, что мы одноклассники, мы не знаем друг друга.