* * *
Конечно же, путешествие в больницу и обратно у Николь также было связано с автобусом, учитывая, что она ими интересовалась и раньше. 27 декабря 1991 года они сели на новый финский «Карус» желтого цвета. Там были сидения из дермантина. 7 или 9 января 1992 они возвращались назад на том же «Карусе». Он был серо-зеленым с гораздо более мягкими и высокими креслами. Все эти автобусы были большой вместимости.
Ей запомнилось, как они оттуда уезжали. Приехали в город, сели в какое-то открытое кафе недалеко от автовокзала. Там продавали французской версию торта «Наполеон» в коробке. В отличие от русской, он не сыпучий, а тугой, типа бисквита, а его начинка чем-то напоминает тульский пряник. Распечатав коробку на столе, Марго достала свой нож и стала делить все на порции, оставшееся хотели взять себе домой.
Несколько кусочков нечаянно упало на асфальт. Не менее десятка голубей, может быть чуть больше, прилетело к свежим крошкам торта. Птицы толкали и пинали друг друга, махали крыльями, в надежде съесть все первыми. Николь никогда не видела так много птиц в одном месте. Она слегка испугалась и заерзала.
- Не бойся, Нико́. Это всего лишь птицы.
- Да, но их слишком много, - временно перестав жевать сказала Нико́.
Больше никаких мальчиков, говоривших слово «шлюха». Она не знает никакую Элен (вечно конфликтующую и избивающую ее), никакую Карлу (и хорошую, и плохую). Больше никакого халатного персонала, абсолютно не интересующихся происходящим медсестер. Краж из ее шкафчика, уничтожения страниц из дневника. Это все. Когда она делала ту страницу, Николь хотелось писать только о самом больном. Она ничего не упоминала об автобусах, сидениях, голубях, торте «Наполеон». Вообще ничего хорошего: только то, что у нее наболело.
Когда Грать летала самолетом до Берлина и заходила в книжный магазин, ее интересовали две немецкие книги. Одна из них была авторства Чехова, «Палата №6», перевод на немецкий язык. Несмотря на то, что она изучала немецкий, Нико́ не всегда интересовалась собственно немецкой культурой. Кое-где еще действовали стереотипы «нации терроризма», сам немецкий класс в ее школе был очень непопулярным.
Обсуждение политики занимало ее, потому что она считала, что беспредел, происходящий во Франции, характерен только для одного региона. В Чехове она нашла упоминания краж из больничных полок два века назад.
Николь пользовалась немецким языком для чтения того, что слишком неудобно звучало по-французски. Во-первых, мама могла толком не знать, что она читает. Она учила немецкий, но добилась только уровня чтения со словарем, уровень Николь был полусвободным.
Некоторые вещи и обстановка из этой книги разве что без мата и иностранцев сильно напоминала ее атмосферу во французской токсикологии. Она уже не стремилась никому об этом говорить, и не хотела, чтобы это кто-то знал. По большому счету, людям нужны те, другие, которые могли бы сказать, что это происходит не только с ними.
К сожалению, из-за деятельности так называемой Дени́з на форуме Рейчелл «Женские игры» Грать стала ужасно стыдливой, неловкой и неуклюжей. Она не хотела вообще говорить об этом, боясь повторения сценария, что к этим прикосновениям кто-нибудь снова припишет ей лесбийство. Ее стыдливость достигла такого уровня, что она вообще отказывается от хорошего друга
Но общение с Муди́ лучше прекратить: он наверняка терпит ее только потому, что кроме нее на форуме нет более достойных людей. Она сказала ему, что никогда не была крутым веб-мастером, а в php и MySQL она пользователь, но не программист.
Но Андре́ Муди́ тоже имел немного говнеца. Именно от него она услышала, что базы данных различных жителей в принципе продаются, иногда их разворовывают. У него знакомый какой-то работает во французском паспортном столе, и иногда, выполняя просьбы собственных людей, предоставляет информацию о различных физических лицах своим друзьям.
Муди́ якобы позвонил этому знакомому, назвав имя и фамилию Мастера вирусов, попросил предоставить на него «информацию». Затем Муди́ связался с Мастером вирусов по домашнему телефону, предложив тому успокоиться. Ничего более серьезного, в отличие от Пьера Мораль, он не делал. Лишь то, что по этим базам кто-то ведет какие-то черные списки было для нее новой информацией от Рагны. На форум перед ее уходом стал заходить некий его знакомый Жильбер.