- Послушай, Николь. Правда здесь в чистом виде никому не нужна. Клиника приносит доход за счет массажистов, хотя туда не ходят к гинекологу или стоматологу. Подумаешь, главврач каких-то родственников пристроил. Но массажисты делают деньги, а значит он сможет вернуть кредит.
- А если последуют иски в суд? - спросила Николь серьезно. - Неужели банку, который их финансировал, не будет нанесен репутационный ущерб?
- Николь, а ты все-таки не понимаешь неформальные правила бизнеса, - сказал Поль так, как будто он их понимал. - Твои активы, твой ущерб - ты за него и отвечай. А мы здесь просто по партнерскому соглашению.
- Даже если на них и подадут в суд, - добавил Рой, - они подадут в суд на клинику, но не на банк. Забудь. И потом, как бы не критиковали что-либо, найдется миллион людей, которые будут защищать даже самую плохую идею.
Николь вспомнила Рагну. Да, это имеет место быть в отношении тех же сект. И ведь не признавали этих псевдокатоликов, а из общины если кто-то и уходил, даже под влиянием разгромной критики, то крайне незначительное число людей.
В тот период она заметила, что ее больше всего пугает даже не хаос. Ее пугает амбивалентность в людях, люди, которые амебами торчат на одном и том же месте, и даже не пытаются ничего изменить. Пока их самих не убьют, ничего делать не будут.
Николь была очень сильно разочарована тем, что в Банке Мораль правды она не добьется. Ведь в первую очередь бизнес. Увидев в газете материал о выговоре массажиста-извращенца, она решила позвонить Рене́. Женщина не добавила ничего нового.
- Здравствуйте, Николь. Но я уже все объяснила. Я не понимаю, чем я могу быть еще интересна.
- Вы видели материал в газете «Лави́ Де Пари»? Не вы ли обратились в полицию?
- Да, видела. Хорошо, что этот массажист, наконец, не будет работать. Нет, я не обращалась в полицию, думала, это вы.
Здравствуйте. Если Николь что-то о чем-то слышала, это не значит, что она пострадавшая или располагает фактами, которые может знать только жертва. «Ну, амеба», - чуть не сказала вслух сама Николь.
Она положила трубку, но подступившее, словно комком в горле, разочарование, быстро сменилось пониманием того факта, что кто-то все же наказан. Не важно, кто и как сообщил.
* * *
Але́ну Рына́ не потребовалось долго объяснять, что Николь принесла в его квартиру телефонный диктофон для записи разговоров. Она сообщила о внеурочной работе. Але́н совершенно не слышал разговора по телефону, и даже не пытался узнать какие-либо детали. У него была своя собственная работа в банке. Николь спросила о структуре банка.
- Кровь знает структуру. Остальные - не думаю.
- Разве? Такая секретная организация с коммерческой тайной, а некоторые сотрудники знают, кто такой Кровь.
- Углубленно. Кровь - он такой. Никто не знает, что у него на уме, но бизнес он вести умеет.
- Предлагаю так, Але́н. Я скажу тебе кое-что о структуре из своего отдела, возможно, ты не знаешь этого. А ты ответишь на мой давний вопрос?
- Возможно. Ну, так что ты выяснила?
- У него существует два телефонных отдела по работе с клиентами. Один занимается «идиотами», другой - лояльными клиентами.
- Я знаю о двух отделах. Ты об этом хотела сказать?
- Нет, не только об этом. У меня, как у экономиста, есть подозрение, что Банк Мораль не является самофинансируемой организацией.
- «Син Даржон» ее «дочка», я же рассказывал.
- Мне кажется, что у банка несколько «дочек», только Кровь никому об этом не говорит.
- Почему?
- Да потому! Мы каждый день задаем бизнесменам, желающим взять у нас корпоративный кредит, одни и те же вопросы. Я бы спросила самого Пьера. Как его банк добился такого роста? Обучение, но «необразовательная организация». За счет чего он финансирует «тренеров»? Мне кажется, что Пьер может заниматься чем-то незаконным. По каким-то причинам он пришел в банковскую сферу, а методы своего старого бизнеса пытается искать у других людей.
- А вся полиция, в том числе экономические отделы, такая продажная? Производители антивирусов случайно не заражают компьютеры пользователей, чтобы стимулировать спрос на их продукты? Это просто теория заговора, ничего серьезного. Я не знаю ответов на эти вопросы, и не думаю, что Кровь на них ответит.
Николь видела Але́на ходящим в «наушниках» и с кобурой пистолета, который из нее, он, в прочем, не высовывал. Возможно, он начинал в банке с охраны. Она точно не была уверена, мог ли сам Але́н убить этого Жерара, чтобы занять его пост.
- Я не понимаю, зачем тебе информация о том, кто сказал мне об убийстве Жерара? Из сказанного тобой я узнал только о том, что в банке есть телефонные диктофоны. В нашем телефонном отделе их не используют.