- Боюсь, она права - сказал комиссар полиции. - Вызов поступил недавно, если бы она падала в воду, то одежда не успела бы высохнуть.
- Вы - лгунья! - кричала Николь бабке. - Вас слушать противно!
- А ты - криминалка! И названия пистолетов знаешь, и сколько патронов. За сколько сутенер купил тебе это говно?
- Это пистолет из его кобуры, он из частной охраны, - оправдывалась Николь. - А вы сочиняете одну ложь за другой!
Комиссар обратился к старушке.
- Мы предупреждаем вас об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
- Я не давала никаких показаний, - сказала бабка, - не надо их записывать. Я вижу плохо, для понимания, что произошло, есть фантазия. Пошли, Пьер.
Бабка сказала своей собаке, а ее имя подозрительно совпало с Кровью, хотя это ни о чем не говорило. Николь почувствовала раздражение из-за того, что тот час же нельзя наказать авторов заведомо ложных показаний, особенно если они пожилые.
ГЛАВА VI
Ближайшие шесть недель Николь проведет под стражей. Да, существует теоретическая вероятность, что не сама Грать стреляла в этого парня. Одежда ведь не окровавлена. Але́на больше нет, но Кровь приложил все усилия для того, чтобы ее вытащить, разумеется, по «букве закона».
Он договорился с толстячком, владельцем внедорожника, на мировое соглашение, возместив весь ущерб, а еще с владельцем здания, по штукатурке которого попала Николь Грать. Кровь выполнял пункт за пунктом, добиваясь ее освобождения из-под стражи.
Существовала одна единственная проблема, которая не зависела даже от денег Крови. Это очередь на судебно-баллистическую экспертизу. В Париже слишком много уголовных дел, ставка делается на резонансные дела. Стрельба по покрышкам какой-то свихнувшийся проститутки была «такой значимой».
Николь снова и снова вспоминала сцену из того кинофильма про Вьетнам. Простой вопрос и односложный ответ словно застряли в ее голове.
- Вас там не было?
- Верно.
- Вас там не было?
- Верно.
И почти всегда судить, делать выводы пытаются люди, которых даже не было на месте происшествия, или, в случае Николь, по крайней мере, не было в нужное время. Ведь можно быть в нужное время в нужном месте, а можно быть в этом же месте через год - разница большая, не так ли?
Скудная пища, жесткие кровати, редкие свидания. Бессонница, вечно больная спина, она всегда болит, если это связано с необходимостью привыкнуть к новой кровати. Ее посещала и Марго, и Кровь. Але́на больше не существует.
- Объясни, что происходит? - говорила мама. - Мне сказали, что ты прострелила какие-то покрышки у водителя внедорожника из пистолета, и тебя еще подозревали в убийстве Але́на. Но ты же всегда любила его. Тебе что, его деньги нужны?
- Да замолчи мам, опять ты за свое.
- Как вырвало? Чего ты мне не позвонила и не пришла?
- У меня было много работы в Банке Пьера.
- Все работа, да работа.
- Все социальные службы, да социальные службы. Смысл жизни большинства людей - в работе.
- Но кто застрелил одноклассника?
- Наверно тот, кто хочет поживиться его деньгами. Но не я.
Разговор с Кровью был отнюдь не более простым. Он разговаривал с ней на немецком языке, чтобы не прослушивали.
- Ну и психованная шлюха, а! - воскликнул Кровь. - Да на хера ты по этим покрышкам внедорожника палила? Зачем тебе, на хрена, мля, пистолет вытаскивать?
- Извини, не подумала. На меня что-то нашло.
- Ты и раньше такой психованной была? Ты знаешь, что ты теперь в черном списке? Не думай уходить из моего банка, ни одна финансовая организация тебя брать не будет.
- Интересно, почему? Дело с покрышками завершилось мировым соглашением, а не уголовным сроком. А здесь надо очереди дождаться, но поверь, его убили из другого пистолета. Если бы я не выстрелила, я бы даже не узнала, так что поверь, я на страже правды.
- Да потому что эти юристы - самые продажные. И базы лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности продают, и базы подследственных. Найдется какая-нибудь жопа, которая захочет получить деньги от продажи базы с твоим именем. Но потом твое имя из подследственных исчезнет, понимаешь, нет?
- А что ты сказал Мишелю? Что он какой-то уголовной дуре предложил работу?
- Все нормально, он думает, что ты в токсикологии лежишь. Там, кстати, в доме опять хозяйничает Алисия Шнайге. Недавно тоже вляпалась в одну историю, - Кровь попытался хотя бы немного поднять ей настроение.
- Какая история? Тампон опять желтый?
- Около 23:00 Алисия ехала в какой-то клуб. На дороге ее остановили фальшивые полицейские, переодетые жулики в спецодежде. Предъявили муляж алкотестера, он «обнаружил», что она пьяна. Сказали Алисии штраф платить, шестьдесят тысяч евро, или лишат водительских прав. Она стала звонить отцу, говорит, папа выручай, полиция хочет прав лишить.