В коридорах было так же тихо, как и во дворе — естественно, ведь все сейчас на уроках. Я легонько постучал в дверь класса 3–3, и, когда Муто отозвался, открыл её.
— Извините за опоздание, — повинился я.
Ко мне поворачиваются пятнадцать пар глаз. Под их взглядом я сразу почувствовал себя несколько неуютно. Нету у меня боязни сцены, но в центре внимания всё равно не особо люблю находиться.
— Доброе утро, Накай, — Муто, кажется, был сбит с толку моим поздним приходом, будто я прервал ход его мыслей. Судя по тому, какими бессистемными бывали его лекции, дело было именно в этом. Я протянул ему записку от фельдшера. Муто кивнул, взял её и пробежался по ней глазами. Он поднял брови и окинул меня строгим взглядом, но ничего не сказал, а только снова важно кивнул.
Я пожал плечами, и он жестом указал мне садиться, что я, естественно, и сделал.
Урок тянулся очень неторопливо. Думаю, я начинаю входить в ритм школьной жизни. Я перестал беспокоиться о том, чтобы писать конспекты и проявлять чрезмерную внимательность. В первые дни на уроках я был довольно нервным. Тем временем Муто закончил свою лекцию об электричестве и, не прерываясь, перешёл к теме фестиваля.
— Как вы знаете, фестиваль состоится послезавтра, — напомнил учитель. — Надеюсь, все ваши проекты будут в этом году иметь успех. Желаю всем приятно провести время, но, пожалуйста, не забывайте истинного значения фестиваля…
— Игры и жареная еда! — выкрикнула Миша с места.
Класс взорвался смехом, и я тоже. Уж больно потешно это у Миши вышло.
— Да, спасибо, Микадо, — невозмутимо согласился Муто. — Но я имел в виду…
Конец предложения утонул в звоне колокола, возвещавшего большую перемену, и все начали собираться. Муто некоторое время размышлял, стоит ли продолжать, но, поскольку его уже никто не слушал, сдался и сел за стол.
В коридоре было людно… настолько, насколько обычно бывает людно в коридорах этой школы. Большинство учеников направлялось в столовую. В обычный день я присоединился бы к этому потоку и сам взял бы себе ланч, но сегодня — всё иначе.
Сегодня я был приглашён на ланч на крыше. Странное место, но мне сказали пойти именно туда. К счастью, мне удалось найти укрытие от бури в тени двери в класс. Наконец людской поток поредел, и я осторожно вышел в коридор. И тотчас встретил Эми, нёсшуюся по коридору точно пушечное ядро.
— Эй! Привет, Хисао! Как удачно, что мы повстречались! — обрадовано воскликнула она. — У меня сегодня суперэксклюзивный ланч, как и обещала! Пойдём наверх!
Лестница на крышу выглядела заброшенной, но её явно недавно использовали. Она вела к двери, на которой отсутствовал замок. Интересно, что за храбрец снял его? Эми толкнула дверь и бодро вышла на залитую солнцем крышу.
Внезапно, словно из ниоткуда, перед нами возникла высокая тёмная фигура незнакомца. Эми отступила назад, едва не падая с лестницы.
— Ай! — воскликнула она. Я сделал шаг в её сторону.
— Привет, — сказала фигура странно знакомым голосом.
— Ух! Ты меня напугала, Рин! — выдохнула Эми.
Постой, а это случайно не… Я моргнул, узнавая безрукую фигуру.
— Привет, — это Тэдзука сказала уже мне, всё тем же спокойным тоном.
Заметив, что Рин обращается ко мне, Эми с любопытством посмотрела на меня.
— Вы знакомы? — удивилась она. Действительно, если не знать, что я побывал в кабинете рисования и застал там Рин, предположить наше знакомство было никак нельзя.
Я смущённо поглядел на Эми.
— Это она — твоя подруга?
Рин переключила взгляд на облака, проплывающие в небе над школой.
— Не знала, что ты знакома с этим человеком, Эми, — заметила она. Ну вот как понять, что она имела в виду под «этим человеком»? Положительное, отрицательное или нейтральной что-то?
Неловкое молчание длилось всего пару секунд, затем Эми хихикнула, забывая об удивительном совпадении.
— Я пригласила Хисао на ланч. Если ты его знаешь, это даже к лучшему, — улыбнулась девушка.
— А. Значит, мне еды не достанется? Или ты пригласила его на ланч без ланча? — мысли Тэдзуки снова пошли неизвестным мне путём, и я никак не мог понять огорчена она возможным голоданием одного из нас или просто констатировала факт.
— Эм… ни то, ни другое. У меня еды на троих, — успокоила её Эми.
— Предусмотрительно, — слегка улыбнулась художница.