Каскадерша кивает, опуская взгляд.
— Он так нежен со мной. Сказал, что когда выпишусь, позовёт меня на свидание. В «Леопольд»!
— О боже! — девушка смеётся, чувствуя, как её сбивает волной ностальгии.
Сколько связано с этим местом! Ведь не окажись она в «Леопольде» в ту ночь, когда копы увезли её вместе с Тарино, она бы ни за что не познакомилась бы с Джеффом. Хотя, думает Эмма, вспоминая всех маньяков, извращенцев и просто придурков в своей жизни — дорога к капитану ей была проложена вопреки всему. Они бы познакомились в любом случае, просто в других обстоятельствах. Ах, Леопольд… там же она познакомилась с Самантой! Туда приглашал её галантный дизайнер-Джино, которого она ошибочно считала своим ангелом-хранителем в этом жестоком мире. Сколько ухаживаний сыпалось на неё от этого настойчивого итальянца, и как бесследно он умчал в свой Милан! Скучает ли по нему Эмма, жалеет ли, что в свое время так бессовестно его отшивала? Однозначно нет. А Маргарет… очаровательная дама с мундштуком. Она всегда давала ценные советы, её голос был всегда мягок, он убаюкивал и в то же время дарил надежду. Карен. Те курсы в её мастерской Эмма запомнит на всю жизнь: опыт, переданный этой женщиной в особой, порой жёсткой манере, девушка никогда не забудет. Эллен… её милая подруга Эллен! Роковая красотка, сражающая наповал своей улыбкой. Где, где все они? Почему они разорвали связь друг с другом? Почему никого из них Эмма ни разу, даже случайно, не встречала на улицах Голливуда, на мероприятиях, на съёмках? Она дорожила всеми, кого однажды ей посчастливилось называть своими друзьями, но сейчас всё это бесследно стерлось — это и есть Голливуд. Люди здесь — остановки. Ты проводишь в их компании какое-то время, набираешься опыта и связей, а затем идёшь дальше. Жалела ли об этом Эмма? Скучала ли по ним? Определённо, нет. У неё есть истинные друзья, настоящая любовь, родные за тысячу миль от неё, и этого достаточно. Но иногда закрадывается навязчивая мысль — что будет дальше? В её актёрской карьере — что дальше? Кто они — её следующая остановка?
— Эм? Приём?
Эмма замечает движение перед собой, и расплывчатый силуэт вдруг становится рукой подруги.
— Прости. Я задумалась.
— О чем?
— Помнишь Эллен? Джино, Маргарет, Карен? — резко спрашивает актриса.
Алекс подаётся назад, не ожидая услышать эти имена.
— Те, с кем ты ошивалась, когда только приехала?
Эмма кивает, погруженная в свои воспоминания.
— Зачем спрашиваешь?
— Не знаю. Просто… почему-то вспомнила о них.
— Ага, особенно об этом итальянце, который тебе прохода не давал.
— Неужели так будет всегда, Алекс, в этом мире? Ты встречаешь людей, а затем их имена превращаются в пыль? Ты идёшь дальше, встречаешь новых людей, и они тоже становятся не больше, чем часть воспоминаний?
Алекс хмурится в недоумении. Перемена в её настроении, как минимум, настораживает.
— К чему ты клонишь?
— Близится тур, и я не знаю, что мне от него ждать. Откроет ли он мне путь к известности? А если нас номинируют?
— Я правильно понимаю, ты просто боишься перемен, которые понесёт за собой тур?
Девушка снова кивает, разглядывая свои руки. Отчего её унесло в эти странные мысли? Но совершенно ясно: чем ближе тур, тем ближе осознание перемен. Это пугающе, это захватывающе, это так интересно. В то же время, Эмма так привыкла к своей размеренной жизни, что трудно представить себя, дающую интервью или прогуливающуюся по красной дорожке. Она словно на границе двух жизней — жизни знаменитости и жизни обычной девушки, что живёт со своим парнем и ждёт Рождество. И всё это так странно.
Переживания Эммы прерывает бешеная трель звонка. Мысли девушки уходят в другую сторону, и вот её лицо уже озаряет победная улыбка, стоит ей увидеть имя Джеффа на дисплее.
— Я слушаю, — нарочито-важным тоном поговаривает она.
— Эмма, срочно в участок, – Джефф говорит быстро: его тон заставляет Эмму забеспокоиться.
— Что случилось?
— Лучше не спрашивай, — отчаянно отвечает мужчина. Эмма чувствует, как в душе поднимается целая буря. — Тебе надо приехать. Срочно!
— Х-хорошо, я сейчас приеду.
— Я жду. И, пожалуйста, не задерживайся. От этого буквально зависит жизнь.
— Чья? Ты можешь объяснить мне, что происходит? — дрожащими голосом спрашивает девушка.
Паника подкатывает к горлу. Она обменивается с Алекс испуганным взглядом, поднимаясь с кровати. Сердце стучит в самом горле.
— Не могу, это слишком долго. Ты срочно нужна здесь.
Девушка сбрасывает, извиняется перед подругой, и, пообещав, что обязательно ей позвонит, мчит в участок. Всю дорогу сердце бешено стучит в груди. Тон капитана не сулит ничего хорошего. Что-то случилось! Но что? Почему она нужна именно в участке? А вдруг его ранили? Или его подставили, самого обвиняют в чем-то? Может, он хочет увидеться с ней напоследок? Эмма не замечает, как уже тянет тяжёлую дверь полицейского участка на себя. Не замечая никого вокруг и сбивая полицейских, она бежит в его кабинет. «Только бы он был в порядке, остальное не важно», — в голове Эммы бьётся единственная мысль.
Она останавливается напротив стеклянной двери, ведущей в его кабинет, и делает несколько прерывистых вдохов и выдохов. Паника усиливается. Она открывает дверь.
— Ну наконец-то, — Эмма видит Джеффа, подорвавшегося со своего места.
Мужчина закрывает дверь на ключ и поворачивается всем телом к девушке, хватая ее за талию. Эмма не реагирует. Она берет его лицо в руки, рассматривая каждую мельчайшую деталь, поворачивая его голову в сторону, пытаясь найти малейший изъян.
— Что… что ты делаешь? — пытаясь вырваться, спрашивает капитан.
— Что случилось? — убедившись, что никаких ссадин, порезов и прочего нет, она заглядывает в глаза мужчины. — Тебя ранили? Где? Кто?
— Хуже, — говорит Джефф.
Эмма настолько взволнована и настолько в панике, что не замечает, как капитан уже стягивает с неё пальто и бросает его на свой стол.
— Что произошло?
Джефф перебирается на её платье, возясь с застёжкой сзади.
— Я не мог работать, — говорит он и целует её в шею. — Все из-за твоего утреннего шоу. В конце концов, это вынудило меня сидеть здесь с грёбанным стояком четыре часа подряд и заполнять бумажки. Но я даже этого делать не мог. Перед глазами стояла голая ты. Поэтому мне пришлось срочно тебя вызвать.
Эмма словно падает в пропасть с небоскрёба — так велик её шок. Девушка отстраняется и вдруг чувствует, как её платье спадает прямо к её щиколоткам. Ярость застилает глаза.
— Ты… ты совсем спятил, Джефф? Ты хоть представляешь, как я испугалась, когда ты мне позвонил? Сколько всего надумала, пока бежала к тебе?
Но мужчина её уже не слушает, расстегивая свою рубашку и приближаясь к девушке. Эмма отступает, но чувствует, как спина соприкасается с поверхностью двери, завешанной жалюзи. Джефф надвигается на неё, как хищник, и ему совершенно фиолетово, что она там лепечет. Актриса ударяет его в грудь ладонью.
— Дурак! Не подходи ко мне! Я испугалась за тебя!
Его требовательные поцелуи уже на её груди. Руки освобождают её от бюстгальтера, губы припадают к соскам. Эмма пытается отстраниться, она, в конце концов, испугалась за него, но поцелуи мужчины и его прикосновения творят с ней невероятные вещи, заставляют обо всем на свете забыть. Наконец, Эмма сдаётся.
— Я уже говорил, что ты катастрофа? — шепчет Джефф, поднимая её лицо за подбородок и целуя в губы.
Руки актрисы уже возятся с пряжкой ремня мужчины. Она смеётся между поцелуями, освобождая капитана от брюк.
— Тысячу раз.
— Ты — моя головная боль.
— Ага, знаю, — девушка уже смотрит на него снизу вверх, поглаживая возбужденный член своего мужчины через ткань боксеров. — Соскучился по мне? Я тоже.
Опираясь одной рукой о дверь, а другой зарывшись в белокурые волосы девушки, капитан в наслаждении прикрывает глаза. Ощущение её губ на себе — это высшая степень эйфории, это уносит так, что стоять на ногах практически не представляется возможным. Эмма берет его член в ротик настолько, насколько может себе позволить, помогает себе рукой, стараясь довести своего капитана до оргазма как можно быстрее. Ведь он так долго терпел, устроил все это шоу, потому что, в конце концов, причина в ней самой!