Ему совершенно на это плевать.
Тепло от камина приятно ласкает лицо: не обжигает, а лишь погружает в свой уют, заставляя умиротворенно прикрыть глаза и насладиться мелодичным потрескиванием поленьев. Чай, что он ненавидит всей душой, сейчас становится по-особенному вкусным, а звонкий смех, что периодически вырывает его из мыслей, вовсе не кажется раздражающим. Джефф обводит взглядом малознакомых ему людей, собравшихся у рождественской ёлки, и на ум приходит лишь одно слово — семья. То, чего он остерегался и сторонился, то, что ждало его в туманном и далёком будущем, сейчас было на расстоянии вытянутой руки. Счастливые люди, душевные люди и она. В его руках, на его коленях, сидит, положив голову на его плечо и изредка посмеиваясь или эмоционально рассказывая очередную историю из тура. Жалел ли Джефф, что всё бросил и приехал в Парсонс? О, это лишь маленькая часть его большого плана! И даже она проходит прекраснее, чем предполагал капитан.
Он смотрит на улыбающегося Райана, что счастлив видеть дочь спустя столько времени. На его забавную мать и бабушку Эммы — Сьюзен, что не перестаёт говорить о том, как же выросла её маленькая птичка. На дедушку Джима: иногда он вставляет свои язвительные комментарии касаемо Голливуда и шоу бизнеса в целом. А затем переводит взгляд на Эмму — счастливую Эмму, от которой искрится радость, которая освещает своей улыбкой эту уютную гостиную. Она кажется Джеффу совсем другой — и это заметил не только он. Глаза, что горят ярче рождественских огней, румянец на щеках и повзрослевший вид делают из неё взрослую женщину, а не ту девчонку, что плакала в аэропорту и не хотела уезжать. Джефф смотрит на неё и невольно снова погружается в те воспоминания о прошлогоднем Рождестве: ему не было плевать. Конечно же, ему не было плевать на слова Джины! Он думал об этом всю ночь, так и не найдя в себе силы сосредоточиться на работе. Тогда её слова приобрели очертания, и Джефф воочию смог убедиться, насколько он одинок, когда остался один в полицейском участке в Сочельник. А спустя пару месяцев в его жизнь ворвалась Эмма, лишив его сна, нервных клеток и одиночества. Она ещё не принадлежала ему: ни телом, ни душой, но уже тогда, уставившись на неё через металлические прутья решётки, Джефф знал — он не один. Это было предчувствие — странное и отгоняемое им самим, но не утратившее своей силы и по сей день. Предчувствие, что эта строптивая и непримиримая актриса с ним навсегда. Она подарила ему семью, это она — причина того, что он сидит здесь, в кругу таких замечательных людей и не чувствует ничего, кроме безграничного счастья и умиротворения. Это она подарила ему всё это. И, в то же время, это она — его самый дорогой и бесценный подарок.
— То есть, он уволился? Вот и правильно! Помнишь, дядя Чейз сказал, что он рано или поздно уйдёт оттуда? — резвый голосок Эммы заставляет Джеффа проснуться от этого прекрасного сна и понять, что всё это происходит с ним наяву.
— Я тоже считаю, что он правильно поступил, — говорит Райан, разглядывая этикетку вишнёвого эля в своих руках. — Интересно, как на это отреагирует Роуз.
— О-о-о, она его убьёт! — Эм смеётся.
Джефф понятия не имеет, о ком они говорят. Но это и не нужно, чтобы убедиться, насколько их семья крепкая. Эмма привязана к ним, это он понял ещё давно: она всегда звонит родным, часто говорит и думает о них. Она способна создавать уют везде, где оказывается, она — его семья.
Эмма чуть отстраняется от капитана, забирая из его рук чашку с чаем и делая глоток. Джефф с улыбкой наблюдает за тем, как она в наслаждении прикрывает глаза и снова возвращается к чаю.
— Кстати, совсем забыла вам рассказать! — девушка вдруг рассекает ладонью воздух. — На премьеру в Лос-Анджелесе приглашена какая-то певица. А кто она — тайна, покрытая мраком. Альберт под страхом смерти не расскажет. Мне так любопытно. Конечно, вряд ли это Бейонсе, но всё же.
Райан вдруг начинает смеяться, приковывая к себе несколько недоуменных взглядов.
— Что? — он прерывается. — Ты просто напомнила мне одну историю, связанную с ней.
— О-о-о, а это интересно! — оживляется Джефф.
Щеки Эммы вспыхивают румянцем, пока она взглядом умоляет отца не сдавать её. Но Райан, кажется, непримирим.
— Ладно, не буду рассказывать, как вы с одноклассницами в фонтане пели её песни и распивали шампанское, а утром я увидел всю вашу компашку у себя в участке. А говорила, останешься ночевать у Трейси!
— Эмма! — Сьюзен прикладывает ладонь к груди и удивлённо вздыхает.
Эмма закрывает пылающее от стыда лицо руками, пока Райан и Джефф вовсю хохочут.
— Моя девочка! — весело подмечает дедушка Джим, за что получает локтем в бок от Сьюзен.
— Это предательство, пап.
Райан переводит взгляд на капитана, что качает головой в беззвучном хохоте, а затем возвращает весёлый взгляд к Эмме.
— Здесь все родные люди, — полицейский снова отправляет многозначительный взгляд своему коллеге. — Все знают о твоём криминальном прошлом, дорогая. Помнишь, чему я тебя учил? Всегда быть честной.
— Ох, правда? Хорошо, — блондинка всем телом поворачивается к своему дедушке и мило улыбается. — Дедуль, угадай, кто разбил, а потом продал твой раритетный Мерседес, а тебе сказал, что его угнали и угонщиков он нашёл и наказал?
В гостиной повисает напряжённая тишина. Райан прячет лицо в ладонях, Джим с широко раскрытым ртом смотрит на сына, впрочем, как и Сьюзен, в то время как довольная Эмма берет со стола целый поднос сладостей, начиная с невозмутимостью и аппетитом поедать печенье, испеченное бабушкой. Джефф пытается скрыть улыбку, но всё это безумно весело, ведь вот где она — правда и искренность. Вот где настоящие люди, с настоящими эмоциями и настоящими поступками, пусть даже безумными и неправильными.
Неловкое молчание продолжается ещё долго: все ждут реакции Джима. Наконец, он выпускает тяжёлый вздох и выпрямляется, уставившись на Райана. Мистер Холл мысленно роет себе яму.
— Что ж, — сурово начинает он. — Зато теперь всё будет честно, ведь то ружье, которое стоило три твоих зарплаты, на самом деле не сломалось на охоте. Я проиграл его в карты своему приятелю — Стиву.
Ситуация принимает неожиданный оборот, и теперь приходит очередь Райана впадать в ступор. Сьюзен резко хлопает в ладоши и встаёт с кресла, привлекая к себе внимание.
— Пока ситуация не вышла из под контроля и не превратилась в вечер откровений, поедем домой, Джим.
Неловкость и напряжение, повисшие в воздухе, сменяются тоской от очередной разлуки. Эмма провожает Сьюзен и Джима до дверей, со слезами обнимая их на прощание, но бабушка мягко похлопывает её по плечу, успокаивая тем, что они совсем скоро увидятся снова. Девушка находит это странным, но не подаёт виду, обнимая родных на прощание. Когда автомобиль отъезжает с подъездной дорожки, актриса с улыбкой обводит взглядом территорию вокруг. Соседские дома, украшенные к Рождеству — мистер и миссис Фостер снова постарались — сугробы и виднеющиеся вдали магазины. Всё кажется ей родным, всё это родным и является. Наконец, дрожа от холода и нахлынувших воспоминаний, Эмма возвращается в гостиную и, игнорируя эмоциональное общение Райана и Джеффа, протягивает своему мужчине руку.
— Ты предательница, Эмма, — констатирует мистер Холл.
— Вся в папочку. Один-один.
— Вообще-то, — Джефф встаёт с дивана, обвивая руку вокруг талии блондинки. — Один-три. Пока ты провожала бабушку с дедушкой, Райан рассказал, как ты украла у соседей собаку и несколько дней выдавала её за свою, якобы ты нашла её у школы. О, и про драку со школьным охранником я тоже знаю.
Обескураженная Эмма оборачивается к своему довольному отцу.
— Я к тебе больше не приеду, — с обидой заявляет она.
— Приедешь, — Райан кивает. — Иначе полиция штата Канзас объявит тебя в розыск.
— И полиция штата Калифорния, — поддерживает Джефф.
Схватившись за голову, Эмма с обидой фыркает и уже собирается направиться на кухню, когда замечает оставшееся на столе печенье.
— Молите бога, сообщники, пока в этом доме есть хоть крошка имбирного печенья, я вас не трону.