— Не трогай меня, пожалуйста.
— Оставь ее, — посоветовала княжна. — Утешать будешь потом. Ей нужно время, чтобы это принять.
Картинка в зеркале погасла.
— Сейчас мне пора, — добавила Алиалла. — На днях загляну еще. А твоей жене стоит помнить вот о чем. Леннея с радостью приняла предложение отправиться в другой мир и полностью отдавала себе отчет в том, чем это обернется для Елены.
Она хотела присвоить чужое тело, занять чужое место, а ни в чем не повинную женщину оставить вместо себя на расправу тебе и Лаэрту. Так что Леннея Дювор сама отказалась от своей жизни. Все, что она получила — по заслугам. И еще одно, Елена. Ты ошибаешься, если думаешь, что для тебя нет места во вселенной. В своем мире ты была одной из многих, а здесь ты уникальна, тебя просто некем заменить. Кто еще может сказать о себе такое? Кроме того, стоит разобраться, кто из вас двоих копия — ты или та, что осталась после тебя…
Княжна повернулась к зеркалу, всплеснув оборками на рукавах и струящимся подолом.
— Стой! — окликнул Дион. — Ты так и не сказала, зачем вы все это затеяли?
— Задай свои вопросы моему помощнику, — гладь зеркала выгнулась навстречу княжне мерцающей дугой и поглотила ее в одно мгновение.
Дион тихо выругался и повернулся к Елене. Он не мог вообразить, что чувствовал бы на ее месте. Но собирался сказать и доказать, что более настоящей женщины в его жизни никогда не было. Он успел сделать один шаг, когда за спиной раздалось:
— Ну, здравствуй, сын. Пора поговорить.
Глава 30. Тень отца Диона
В зеркале Линт Герд выглядел живым человеком — более зрелым, чем помнил его Дион, но гораздо моложе, чем полагалось мужчине за пятьдесят. Сторонний наблюдатель счел бы их братьями. Фамильное сходство было налицо: тот же нос и рисунок скул, те же глаза — если забыть о повязке, только взгляд у отца уклончивый.
Увы, выйдя из зеркала, Линт сразу превратился в серую полупрозрачную тень с едва намеченными чертами.
Говорить с человеком приятнее, чем с тенью, рассудил Дион. Усадил Елену в кресло со скрещенными ножками, найденное в комнатке дальше по коридору, себе принес стул. Похоже на обычную семейную беседу по сонику. Иллюзию разрушало только отсутствие интерьера по ту сторону рамы. Ни мебели, ни пола, ни стен. Фигура Линта парила в пепельно-серебристом зазеркалье без видимой опоры.
Слушая его рассказ, Дион долго не мог сообразить, чего не хватает в голосе отца. Наконец понял: тепла.
Линт начал с того, что поведал, как еще мальчишкой нашел лаз в подземелье и, исследуя полузаваленные ходы, наткнулся на огромное зеркало, просто искрящееся магией. Должно быть, именно магия уберегла старинный артефакт от порчи в сыром подвале.
Мальчишка игрался с камнями и узорами, его дар только-только пробудился, ему было интересно. Внезапно в зеркале, залившемся жемчужным светом, проступило прекрасное женское лицо. Глаза, чернее тьмы в глубинах подземного лабиринта, заглянули ему в душу — и заставили забыть, что он видел.
Но о самом зеркале Линт помнил. Окончив училище, поднял находку на один из благоустроенных верхних уровней и принялся изучать. Потребовалось пять лет, чтобы выяснить: перед ним портал из тех, какие якобы умели создавать имперские маги. Еще десять лет ушло, чтобы разобраться, как портал действует и куда ведет.
Увы, не в Иэнну, как он надеялся, а в место, больше всего похожее на… обитель духов из преданий и легенд. Мир богов и избранных из числа смертных, которые удостоились вечной жизни в виде бестелесных сущностей. Людям доступно лишь такое бессмертие. Живительная энергия обители может питать дух, но не способна сохранять тленную плоть.
Отец понимал, что войти в обитель духов, значит, по сути, умереть. Однако колебался недолго. Потому что так и не нашел другого способа спастись из ненавистного рабства и не видел другого пути, чтобы отомстить убийце матери своих детей.
Безликая тень проникла в тело Элизара Дювора и превратила кровь в его жилах в красный хрустящий песок…
А в обители духов не оказалось ни богов, ни бессмертных праведников — лишь женщина, чей темный, подчиняющий взгляд когда-то отнял у Линта память. Так из одного рабства он угодил в другое. Стал верной тенью княжны Алиаллы.
По ее указке он сделал пригодным для жизни старое убежище под замком Дюворов, перенес туда зеркало-портал и перенастроил, как велено. Затем, во сне, нашептал Леннее, запертой в своих покоях, о потайном ходе. Она ведь понятия об этом не имела. Сам Аспер Дювор никогда не заикался ни о каких ходах. Тоже не знал?..